Читаем Анна Вербицкая полностью

До XIII в. католическая Европа осознавала себя единым «христианским миром», противопоставляемым «исламскому» и «языческому». Но с XIII в. она начала превращаться в Европу наций — Франции, Англии, Германии. А вслед за национальной идеей пришли и национальные войны. Яркий пример тому — борьба французского короля Филиппа II Августа с английскими монархами за север Франции в 1202—1204 гг. Еще один фактор способствовал ослаблению интереса папства к Святой земле. Дело в том, что в XIII в. обострилась борьба гвельфов и гибеллинов, охватившая почти всю Европу. Война началась как династический спор за императорскую корону между потомками Генриха Льва из династии Вельфов и Фридриха I Барбароссы (династия Гогенштауфенов). От исхода этого спора зависела политическая и экономическая жизнь соседних государств, поэтому Европа фактически разбилась на две партии, причем сторонники Вельфов после поражения светских вождей выбрали своим руководителем понтифика. Так война династий превратилась в борьбу папства и империи и стала, по сути, первой войной общеевропейского масштаба. Католическая церковь не могла уделять прежнего внимания Святой земле, более того, иногда попросту срывала крестоносные походы, направляя отряды воинов Христа против императора Священной Римской империи Фридриха II Гогенщтауфена, внука Фридриха I Барбароссы. Главным врагом Церкви стали теперь не мусульмане, а Фридрих И. Отсюда и парадоксальный факт — император Фридрих II, сумевший после 40 лет исламского владычества вернуть Иерусалим христианам, был отлучен от Церкви! Таким образом, идея святого паломничества фактически рушилась и поддерживалась только отдельными энтузиастами.

XIII в. показал миру шокирующий пример того, что стремление освободить Гроб Господень еще живо в народе, но не менее безжалостно продемонстрировал, насколько чужд наступающей эпохе религиозный фанатизм. Яркой иллюстрацией тому послужил детский крестовый поход 1212 г. Это историческое событие овеяно легендами, вызывает бесконечные споры ученых и потрясает людей. Кто и зачем направил тысячи детей на верную смерть? Зачем нужна была такая страшная жертва? После разграбления Константинополя участниками Четвертого крестового похода 1202—1204 гг. в воздухе витала идея, что Бог разгневался на грешников и отвернулся от них. Значит, вернуть Гроб Господень под силу лишь праведникам. Где только их взять, чтобы хватило на целую армию?.. Тут и возникла мысль, что эту миссию могут совершить чистые сердцем дети. Свою роль сыграла пришедшая из Раннего Средневековья вера в чудеса — по воле Господа ягненок может превратиться во льва, а ребенок получит силу десяти рыцарей. Эта вера во многом перекликается с убеждениями Франциска Ассизского, отправившегося проповедовать христианство египетскому султану в его собственном лагере. В этом случае поражает не наивность веры, а масштабы, которые она приобрела в Европе, подогреваемая проповедями пророков.

Итак, в июне 1212 г. неподалеку от Вандома, города, расположенного к северу от Луары, мальчик Стефан объявил себя Божьим посланником, главой нового Христова воинства, которое сможет вернуть Церкви Святую землю. Некоторые хроники упоминают, что мальчик был мечтательным и впечатлительным, мессы, крестные ходы и литургии повергали его в священный трепет. Возможно, в своих фантазиях он не раз представлял себя главой крестоносцев, изгоняющим мусульман из святых мест. И вот в мае во сне к Стефану явился Иисус и призвал его собирать новый крестовый поход. Учитывая влияние Церкви на умы людей и веру в чудеса, мальчик не усомнился в правдивости сна. Он говорил, что только юные и чистые сердцем смогут идти рядом с ним и оружие им не нужно. Ведь главное оружие, как утверждает Библия, — это слово. Слово было в начале, слово будет и в конце. Слово было Бог, и слово было у Бога. Слово, иконы и священное распятие — с их помощью дети изгонят из Иерусалима неверных. Иисус даст им еду и силы, а попадет войско в Святую землю по дну моря, которое раздастся перед ними, как перед Моисеем. Главным аргументом Стефана было письмо Христа французскому королю. Свиток был написан на высокопарной классической латыни. С этим письмом и проповедями мальчик прошел по всей стране, и везде его речи вызывали воодушевление. Говорили, что Стефан кроме проповедей совершал еще и удивительные чудеса. Вскоре по всей Франции стали странствовать мальчики-проповедники, которые собирали вокруг себя толпы юных единомышленников и вели их, со знаменами и крестами, к Стефану.