Читаем Английская тайна полностью

— Мистер Тутов, посмотрите, пожалуйста: кажется, ничего опасного… Но такие странные предметы, однако…

На клеенке были разложены до боли знакомые вещи: ржавый будильник, моток веревки, женская кроссовка, правда, с правой, а не левой ноги, карты — красная масть, газета «Морнинг стар» за 1987 год.

— А где же Экологический Лусо-японский словарь? — пробормотал Сашок.

— Какой-какой — японский?

— Лусо. Лусо-японский. Нет, по логике должен быть, наоборот, японо-лусский.

— Ну не знаю, никакого нет, — сказал Гарри, заглядывая внутрь портфеля. — Но какие у них все-таки методы… однообразные. Никакой фантазии! Погодите-ка, погодите-ка… Вот тут еще что-то, за молнией…

И Гарри опасливо извлек из специального, «секретного» отделения портфеля (Сашок им и не пользовался никогда!) какую-то тонкую черную бархатную папочку с золотым тиснением.

— Это что? — спросил Сашок.

— Погодите, не спешите. Надо посмотреть как следует… а то как раз что-нибудь в этом роде…

Гарри тщательно осмотрел папочку, скептически скривил рот и сказал:

— Александр, уж не хотите ли вы сказать, что никогда этого предмета не видали?

— Ни в жизнь!

— То есть это — не ваше?

— Ну что вы, ей-богу, Гарри, нет, конечно, и в прошлый раз этого не было. Ни черной папочки, ни золотой — никакой! Будильник был, кроссовка была и карты тоже. И словарь был… А этой штуки не было, я везде заглядывал, и под молнию тоже. Но… что это такое?

— Это, господин Тутов, называется сертификат на владение именными обыкновенными акциями холдинга «Эспайр Груп Пи-Эл-Си»… Полтора миллиона штук.

— А кто, кто владелец? На чье имя сертификат? — спросил Сашок.

— Здесь написано — миссис Александр Тутов, — прочитал Гарри и уставился на Сашка с нескрываемым подозрением.

— Вы шутите!

— Какие уж тут шутки! Вот, извольте, взгляните сами.

Гарри протянул папочку Сашку, тот заглянул внутрь.

— Какой-то этот сертификат… несерьезный. За пересечение экватора и то более солидную грамоту дают.

— Ну, не знаю… Я не специалист.

Сашок посмотрел бумагу на свет.

— Какие-то водяные знаки вроде есть, — неуверенно сказал он.

Тем временем вагон постепенно заполнялся людьми, и Сашок поймал на себе любопытные взгляды.

— Бред какой-то, — подвел итог Сашок.

— Не берите в голову, — сказал Гарри, быстренько закладывая содержимое обратно в портфель. — Но надо признать: ставки растут.

— Не хотите же вы сказать, что эта штука — настоящая?

— А бог его знает… Но вообще-то мне все это не нравится.

— Еще бы!

— Мне это совсем не нравится! Пожалуй… Вы не будете возражать, если я сегодня… похожу с вами?

— Со мной? Зачем? Вы же обещали… там подежурить, вокруг Насти и… этого…

— Да, но ситуация меняется. Мне теперь кажется, что надо быть прежде всего с вами. Вечерком я устрою вас ночевать в Лондоне — домой вам пока ехать не стоит. А сам тогда уж займусь… теми, — сказал Гарри и состроил такую потешно брезгливую физиономию, что Сашок чуть не рассмеялся, несмотря на весь драматизм ситуации.

Загнав неуместный смех поглубже в подкорку, Сашок откашлялся и спросил как можно строже:

— Так что же вы изволили делать вчера? Вам за целый день так ничего и не удалось выяснить?

— Меньше, чем хотелось бы… Но достаточно для того, чтобы укрепиться в моих подозрениях.

— Вы что, — Сашок понизил голос, — всерьез думаете, что они… меня… собираются… того…

— Это было бы логично, не так ли?

— Да, но если это так, то и Анна-Мария в опасности!

— Да, — сказал, не глядя Сашку в глаза, Гарри. — Дома бы ей лучше не появляться в ближайшие дня два.

— Я думаю, она не появится.

— О! Это очень хорошо. И ее предков, кстати, хорошо бы отправить погостить к тетушке в Брайтон. Я знаю, они все равно обещали ее навестить… Так это бы надо ускорить.

— Вы что, смеетесь? Как вы это себе представляете: я звоню им и говорю: вам надо бросить все дела и немедленно уехать в Брайтон?

— Мистер Тутов! Я слышал, на работе вам поручают самые сложные задачи, с которыми никто другой не может справиться. Про вас говорят, что вы соображаете несколько медленно, но очень качественно. И что если дать вам время подумать, то вам просто равных нет. Вот и давайте, придумайте что-нибудь.

И с этими словами Гарри демонстративно отвернулся, давая Сашку возможность сосредоточиться.

Через пару минут Сашок заговорил снова:

— Придумал. Я позвоню им и скажу, что у нас намечается примирение с Анной-Марией. И намекну — прямо об этом говорить, конечно, нельзя, — но намекну прозрачно, что нам бы очень помогло, если бы на два-три дня мы остались дома наедине. Это должно сработать.

— Браво! — воскликнул Гарри. — Нет, не зря вас все нахваливают. Только когда будете звонить своим, не говорите им, где вы находитесь, и вообще никому не говорите, придется соврать…

— Вы думаете… вы всерьез считаете, что линию могут прослушивать?

— А кто их знает… Если это КГБ, то запросто… Прямо со спутника…