Читаем Англии капец! полностью

Солнечный, погожий денек так и радовал предстоящими сюрпризами. Вчера вечером в Эксетер, центр графства Девоншир, приплыла диковинная заморская благородная дама, графиня Лезбоза. Она еще вчера, как и полагается доброй христианской душе, поздним вечером собственноножно нанесла скромный визит в собор, дабы принести дары, возблагодарив Господа за благополучное путешествие. Но уже в соборе, после молитвы, ее препроводили к герцогу Бофорту, который случайно оказался в городе, по случаю распространения новых слухов о крупном волнении валлийских свиней. Графиня поведала герцогу о новостях в семье, род Гаттилузио хранит Господь и все хорошо. Рассказала о новостях Византийской империи – с императором Византии род Гаттилузио породнился недавно, всего полвека прошло, но герцог Бофорт, сам брат короля, смекнул: к этой дамочке так просто за корсет не подлезешь, а дама ему приглянулась, он сразу отметил в ней равную себе, женщину выросшую властвовать, это было отлично видно по выражению ее глаз: смелых, таких разных выражением. Левый голубоглазик смотрел на герцога широко раскрыто, словно боялся потерять хоть черточку из образа славного воина и государственного деятеля его масштаба. А вот правый… Томас иногда даже испытывал смущение, когда сталкивался с выражением графини, при котором она его оценивала, чуть прищурившись, но совсем не сильно, в границах приличия, но она словно взвешивала на незримых весах его слова, его статус, его титул, его мужские достоинства, его воинскую похвальбу – и Томас смущался! С таким выражением он уже давно не встречался, так на него смотрел великий король, усопший Генрих пятый. Бофорт вдруг понял, что давно уже так не общался с женщиной, наверное, со времен смерти жены Маргарет, которая скончалась родами, оставив ему наследника – радость и надежду, малыша Генри, названного в честь своего родственника и сверстника, маленького короля Англии. Герцог Бофорт наслаждался компанией и беседой с этой достойной во всех отношениях дамы. Но выпитое вино грело кровь, не удержался вдовый мужчина в самом расцвете сил, и, чуть игривым тоном, предложил гостье продлить визит до утра, переночевать в подобающих условиях. И юная графиня, не смутилась, а улыбнулась ему дерзко своими сочными, зовущими к поцелуям, губами лишь для того, чтобы вежливо отказаться. Герцогу оставалось только внимать ее словам о том, какая у нее чудесная каракка, работа лучших генуэзских мастеров кораблестроителей, и каюта у нее удобная, и к морю она привычная. Томас Бофорт кивал головой и думал: "Лучше бы ты на старом корыте приплыла! Тогда бы и заночевала в гостевой спальне, а ночью оно всякое бывает, всякое случается".