Читаем Ангел полностью

— Вы не шутите? У меня есть брат, которого так зовут, хотя я никогда его не видела. У меня есть еще и другие братья, но мама говорит, что у девочки не может быть слишком много братьев — кому-то ведь нужно присматривать за ней.

Ангел не мог представить себя присматривающим за сестрой. Он бы завалил все окрестности трупами тех, на кого она взглянула бы с гневом, а это вряд ли понравилось бы местным жителям.

— Меня зовут Кэти, — продолжала девушка. И, не переводя дыхания, выпалила:

— Так вы мой брат?

Вопрос этот пронзил Ангела, точно меткий выстрел. Он понятия не имел, что ответить. Сказав правду, он едва ли сможет быстро выбраться из этого дома. К тому же, поступив так, он не сдержит слово, данное банкиру. А кроме того, возможно, изменит этим всю свою жизнь. Одно короткое слово — и пустота в его жизни может заполниться.

Муж Анны О'Рурк не дал ему возможности произнести это слово:

— Ты передала нам просьбу мамы, Кэти, а теперь ступай к себе в комнату.

— Но…

— Тебе есть чем заняться, а я принимаю гостя. В голосе его не прозвучало ни нотки раздражения. Он говорил с девушкой так ласково, что Ангел сразу понял: она любимица отца. Ответив «да, сэр», черноволосая красавица вышла из комнаты, лишь слегка скривив в неудовольствии губы.

— Благодарю за то, что вы ничего не сказали моей дочери, — услышал Ангел у себя за спиной. — Она впечатлительный ребенок и вполне могла поверить вам.

"Поверить в истину?» — мысленно спросил себя Ангел. Однако промолчал и снова устремился к двери. Если бы эта чертова комната не была такой огромной, он бы уже давно был на улице.

Но уйти ему не удалось. Они столкнулись в дверях, спеша к ним с двух сторон. Ему пришлось легонько обнять ее за плечи, чтобы удержать от падения. Ангел услышал, как она испуганно вскрикнула, потом засмеялась, по-прежнему не глядя на него. Мать оказалась очень невысокой — макушка ее находилась на уровне его подбородка. И ему не было нужды смотреть ей в лицо. Смех этот сказал ему все, прозвучав так знакомо, словно он слышал его в последний раз только вчера.

В смехе этом была вся его мать — память сразу же воскресила ее голос, ее ласки и поцелуи, ее сказки на ночь и ее слезы: когда умер отец, ей пришлось рассказать сыну об этом. У Ангела перехватило дыхание, ком в горле, казалось, душил его. Он невольно сжал ее плечи. Анне пришлось наконец поднять на него взгляд. Слава Богу, он не отпустил ее — лицо женщины внезапно так побледнело, что, казалось, она вот-вот лишится чувств.

— Колин? — произнесла она с ужасом в голосе, и Ангелу подумалось, что так говорят, увидев призрак.

Он ничего не ответил. Слова не смогли бы пробиться сквозь стоявший в горле комок. Анна все еще не понимала, что видит перед собой сына, а не своего покойного мужа, и Ангел решил, что должен уйти из этого дома до того, как она все поймет. Но ноги не слушались его. Он стоял как вкопанный, не мог даже выпустить мать из своих рук. Ему очень хотелось прижать ее к груди, но он боялся сделать это, боялся испугать ее, но больше всего боялся, что после этого уже не сможет никуда уйти.

Нахлынувшие чувства душили Ангела. Ему вдруг захотелось, чтобы сейчас рядом оказалась Касси, чтобы она по своему обыкновению вмешалась в происходящее и расставила все по своим местам, поскольку он никогда еще не ощущал себя таким бессильным, как в эти мгновения. Но вместо Касси в происходящее вмешался банкир, который обнял Анну за плечи и подвел к ближайшему креслу. Ангел же по-прежнему не двигался с места. Он знал, что должен бежать отсюда, но ноги не повиновались ему; он стоял, во все глаза глядя на мать.

Ее образ, возможно, и потускнел в его памяти немного за прошедшие годы, но Ангел сразу узнал ее, она была почти такой же, как в детстве. Теперь, увидев ее, он вспомнил мельчайшие черточки ее лица. И Ангел наконец поверил: она потеряла его вовсе не из-за своей беззаботности. Мать берегла его как зеницу ока, потому что он был для нее всем в то время. Но сейчас у нее была другая семья, к которой он не принадлежал.

Страх наконец заставил его пошевелиться — он боялся, что будет отвергнут. А со страхом пришла и душевная боль. Не имея понятия, как совладать с подобными чувствами, Ангел даже не пытался с ними справиться.

Он сделал несколько шагов к парадной двери и только тут заметил, что дорогу ему преградила младшая сестра. Кэти стояла прислонившись к закрытой двери, скрестив руки на груди и укоризненно покачивая головой. Девушка не вернулась в свою комнату, как велел ей отец. Она стояла, поджидая Ангела, словно в засаде, и он действительно почувствовал себя как человек, попавший в засаду. Она улыбнулась ему и напомнила:

— Вы так и не ответили на мой вопрос.

— На какой?

— Не брат ли вы мне?

— Кто? Я?

— Впрочем, я это и так знаю.

— Но как? Каким образом…

— Потому что мне хочется, чтобы вы оказались моим братом, — просто ответила она. — И именно поэтому я не могу позволить вам уйти. Мама ужасно расстроится, если я вас отпущу.

— Она уже расстроена.

— Это еще что… Она будет кричать на весь дом, если вы сейчас исчезнете.