Читаем Андрей ВОРОНИН полностью

Ему показалось, что девушка взглянула на него насмешливо. Или лукаво?

- Да вы наверняка знаете об этом, Александр Владимирович, просто не вытащили из памяти, где слышали мою фамилию.

- Я о вас знаю?..

Александр встрепенулся, и несколько секунд в его голове происходил отсев данных.

- Ну конечно, - с облегчением воскликнул он, хлопнув себя по лбу ладонью. - Виктория Макарова, чемпион Европы и чемпион мира по стендовой стрельбе!

Она позволила себе тихо засмеяться;

- Вот видите!

- А я вас зачем-то подначиваю насчет стрельбы.

Вы же родились ковбоем, - Бондарович взглянул на девушку с уважением. - Я вам признаюсь. И может, это послужит оправданием.. Меня просто раздражают эти чертовы политические игры. Чувствую себя не в своей тарелке.

Виктория, мельком оглянувшись на спутника, слегка улыбнулась. Лицо ее, оставшись на мгновение без отчужденной официальной маски, сделалось вдруг опять по-настоящему красивым. Как все-таки выражение лица меняет человека! Как красит женщину улыбка!..

Девушка сказала:

- Вот видите, вы и без кофе проснулись.

- Спасибо. Дадите автограф? - Банда и не думал флиртовать; он знал, что через два-три дня следствие закончится, и он эту девицу больше не встретит и быстро выкинет ее из головы; сколько уже встречалось у него на жизненном пути таких красивых и миленьких девиц!..

- И не один, а на всех ваших бумагах.

Да, в остроумии ей не откажешь…

***

В довольно тесной комнате хлопотали человек восемь.

Усадив Александра за один из столов, Виктория включила кофеварку, которая вскоре начала клокотать, будто маленький вулкан. Александр вспомнил, что ему сегодня даже поужинать не пришлось. А пообедать?.. Поэтому он с удовольствием поглядывал в сторону кофеварки.

Собрав у сотрудников несколько бумаг, копии которых были необходимы майору ФСБ, Виктория подошла к нему:

- Распишитесь, пожалуйста, на протоколах. Мы уже говорили об этом…

Бондарович вместо того, чтобы просто поставить свою подпись, везде сделал надпись:

"С протоколом ознакомился. Майор Бондарович.

23.45/23.03.96".

Виктория никак не прокомментировала его действия, а подошла со всеми бумагами к женщине, обслуживающей ксерокс. Изготовив копии, та занесла все данные в журнал размножения секретных документов, и Бондаровичу пришлось в нем тоже расписаться. Специальные пометки были сделаны и на самих копиях. Что называется - комар носа не подточит.

Получив наконец свою кружку кофе, Бондарович углубился в чтение протокола осмотра и в запись показаний дежурных сотрудников охраны.

- Я могу с кем-то серьезно обсудить дальнейшие действия следствия? - оторвавшись, спросил он у Макаровой, которая набивала все это время какой-то документ на клавиатуре компьютера.

Девушка едва оторвалась от работы:

- Да, Александр Владимирович, со мной.

- Какие действия предпринимает сейчас служба охраны? - это был вопрос по существу. - Каким образом она собирается сотрудничать с ФСБ?

- Ведется проверка людей, бывших на совещании.

По порядку с конца списка выходивших.

- Почему я отстранен от этой работы? - тон Александра был прохладно-деловым, будто четверть часа назад они и не перекинулись в коридоре парой любезных фраз.

- Работа была начата еще до вашего появления и…

- Именно это я и имею в виду, Виктория Васильевна.

Служба охраны несколько часов не ставила нас в известность о происшедшем здесь убийстве; лично я узнал об убийстве по радио, впрочем, как и мой непосредственный начальник… Ваша служба самостоятельно произвела осмотр места происшествия, сейчас как бы потихоньку производит какие-то оперативные мероприятия, - и все это для того, чтобы изолировать от дела ФСБ. Извините, но такое складывается впечатление…

У девушки слегка побледнели губы"

- Вы серьезно?

Бондарович развел руками:

- Это одно из предположений, и, согласитесь, весьма небезосновательное.

Макарова ответила официальным тоном:

- Если вы ставите вопросы в таком ракурсе, то ни мое звание, ни моя компетенция не позволяют на них ответить.

"Опять глухая стена! Даже за таким милым личиком".

Банда допил кофе и чувствовал себя теперь очень бодрым, опять готовым к действиям:

- В таком случае я хочу получить ответы от генерала Кожинова.

- На этот случай мы получили четкие инструкции, если вы помните… - парировала Виктория Макарова. - А самодеятельность в этих стенах, как вы понимаете, исключается.

- Да, конечно: я должен держать связь через вас и не соваться к генералу со своими маленькими проблемами, - Александр, подавляя в себе раздражение, огляделся. - Каким телефоном можно воспользоваться?

Виктория молча поставила перед ним аппарат.

Бондарович в раздражении набрал номер генерала Щербакова.

- Слушаю, Щербаков, - раздалось в трубке.

- Разрешите доложить, товарищ генерал? - Банда испытующе взглянул на Викторию, но та почти демонстративно отвернулась к клавиатуре.

- Откуда вы звоните? - спросил Щербаков; ясно, что он с нетерпением ждал этого звонка.

- Из охраны.

- Хорошо, докладывайте.