Читаем Андрей Сахаров полностью

Необходимость водорода для водородной бомбы очевидна только на словесном уровне. А на уровне физики этот элемент в водородной бомбе вообще не используется. Водород — самый легкий элемент, но не самый склонный к слиянию. Условия, в которых слияние может идти, сильно различаются для разных ядер, и достижимее всего слияние не самого водорода, а его изотопов — дейтерия и трития, D и Т. Дейтерий, хотя и в малом количестве, подмешан ко всякому природному водороду, и выделять его в чистом виде научились еще в довоенные годы. Потому-то в постановлении правительства в июне 1948 года говорилось о «горении дейтерия». Трития в природе нет вовсе, и получать его очень трудно, точнее дорого. К тому же тритий радиоактивен и, уже добытый, со временем распадается. Свойства дейтерия и тем более трития были недостаточно изучены, чтобы проводить точные расчеты. Однако точно было известно, что дейтерий и тритий — газы. Как же из газа сделать слой, окружающий центральный атомный шар в Слойке? Трудно.

Гинзбург предложил использовать для «водородного» слоя гораздо более удобное вещество — твердое и нерадиоактивное химическое соединение дейтерия с литием, дейтерид лития, в химических символах LiD. К этим символам скоро прибавили нехимический суффикс, и за новым термоядерным веществом закрепилось ласковое женское имя LiDoчкa. Предложив LiDoчку, Гинзбург и сам не сразу понял, насколько хороша новая термоядерная взрывчатка. Для него вначале главным было то, что литий, облученный нейтронами от первичного атомного взрыва, добавит некоторое количество энергии и тем самым дополнительно разогреет термоядерный слой, делая его более способным к слиянию ядер.

Свое предложение Гинзбург сформулировал в отчете от 20 ноября 1948 года и там же впервые упомянул Слойку Сахарова, который изложил свою идею подробно, с вычислениями в отчете от 20 января 1949 года. Для вычислений, помимо теоретической физики, требовались и усилия экспериментаторов — надо было измерить взаимодействие надлежащих ядер. Тогда уже неплохо знали, как взаимодействуют ядра дейтерия друг с другом, то есть чему равно D+D. А тритий был слишком нов. Экспериментаторы получили от теоретиков задание, но измерения требовали времени. Как написал Сахаров в своем отчете, «реакции D+T и Т+Т экспериментально не изучены, и все суждения об их сечениях гадательны». В ожидании результатов измерений Сахаров предположил, что D+T взаимодействуют примерно так же, как D+D.

Из этого же исходил Гинзбург в отчете «Использование LiD в Слойке» от 3 марта 1949 года. Теперь, однако, он обратил внимание на то, что LiDoчка при облучении во время запального атомного взрыва производит и тритий, который тут же может пойти в дело как дополнительное термоядерное горючее. Фиановские теоретики не знали тогда, что на самом деле D взаимодействует с Т в сотню раз охотнее, чем с D, что это взаимодействие уже давно измерено их американскими коллегами и что благодаря Клаусу Фуксу результаты этих измерений уже около года находятся в сейфе у Берии…

Убедившись, что группа Тамма сделала теоретический прорыв, Берия наконец понял, что это — не «лишние люди», и 27 апреля Тамму сообщили экспериментальные данные о взаимодействии D+T, не указав, разумеется, на их источник. В таких предосторожностях, однако, уже не было надобности — эти данные были рассекречены в США и опубликованы в главном тогда физическом журнале «Physical Review» за две недели до того — 15 апреля 1949 года! Познакомившись с этой публикацией, Гинзбург понял, что его LiDoчкa — в сто раз лучшая термоядерная взрывчатка, чем он думал: можно не готовить заранее дорогой, неудобный в обращении и радиоактивный газ тритий, а положить в бомбу простой твердый «полуфабрикат», из которого запальный атомный взрыв сам приготовит все, что нужно для взрыва термоядерного.

7 мая Ю. Б. Харитон в своем заключении поддержал проект Слойки, отметив, что «основная идея предложения чрезвычайно остроумна и физически наглядна»¹⁰⁶. Сахаров мог быть доволен собой. Хотя заместитель Зельдовича А. С. Компанеец вначале усомнился в идее Сахарова, сам Зельдович «мгновенно оценил серьезность» нового предложения. Было решено, что группа Тамма займется исключительно Слойкой, а группа Зельдовича продолжит работу по Трубе и одновременно будет помогать фиановцам. Так что ситуация, которая удручала Беленького вначале, изменилась радикально.

Сейчас ясна сила физической интуиции Сахарова. Как он догадался много позже, основная идея проекта Трубы была «цельнотянутой, т. е. основанной на разведывательной информации». Тогда, в 1948 году, никто не знал, что американцам понадобится еще два года, чтобы признать тупиком прототип Трубы, Классический Супер, а советскую Трубу признают тупиком лишь через пять лет.