Читаем Андрей Громыко. Дипломат номер один полностью

Председатель окружной избирательной комиссии Куйбышевского избирательного округа по выборам в Совет Союза ВС СССР Ю.И. Калинин вручает генеральному секретарю ЦК КПСС К.У. Черненко удостоверение об избрании депутатом ВС СССР одиннадцатого созыва. 7 июля 1984

[ТАСС]

В Вашингтоне Щербицкого принял президент Рональд Рейган, но разговор носил формальный характер. Отличился во время визита заведующий отделом пропаганды ЦК Борис Иванович Стукалин. Он вознамерился дать отпор империалистам и в Конгрессе США с упреком заявил, что в Америке еще встречаются таблички с надписью «неграм и евреям вход запрещен». Американцы попросили советского гостя назвать хотя бы одно место, где висит такая табличка. Стукалин не смог. Вышел конфуз.

Из Москвы членам делегации сообщили о смерти генерального секретаря. На решающее заседание политбюро, где избирали нового хозяина страны, Щербицкий не поспевал. А если бы он прилетел в Москву, получился бы результат иным?

Владимир Васильевич распоряжался голосами членов ЦК от Украины, которым предстояло голосовать на пленуме; это была большая делегация. Но после смерти Брежнева, который ему симпатизировал, у самого Щербицкого в Москве союзников не осталось. Разговоры о его возможном переезде в столицу вызывали настороженность: выходцев с Украины московские аппаратчики опасались.

А.А. Громыко на даче. 1986

[РГАКФД]

Щербицкий знал эти настроения и старался их учитывать, спрашивал своих помощников:

– Ну, а что там по этому поводу думают «московские бояре»?

«Московские бояре» предпочитали, чтобы он оставался в Киеве.

Так как же развивались события 11 марта 1985 года?

Когда началось заседание политбюро, академик Евгений Иванович Чазов, руководитель 4-го главного управления при Министерстве здравоохранения СССР (кремлевская медицина) огласил заключение о смерти Черненко.

А после него слово неожиданно взял первый заместитель главы правительства и министр иностранных дел Громыко:

– Конечно, все мы удручены уходом из жизни Константина Устиновича Черненко. Но какие бы чувства нас ни охватывали, мы должны смотреть в будущее, и ни на йоту нас не должен покидать исторический оптимизм, вера в правоту нашей теории и практики. Скажу прямо. Когда думаешь о кандидатуре на пост генерального секретаря ЦК КПСС, то, конечно, думаешь о Михаиле Сергеевиче Горбачеве. Это был бы, на мой взгляд, абсолютно правильный выбор…

Громыко произнес настоящий панегирик будущему генсеку. Этого оказалось достаточно: в политбюро не было принято спорить.

Андрея Андреевича поддержал председатель КГБ Чебриков:

– Я, конечно, советовался с моими товарищами по работе. Ведомство у нас такое, которое хорошо должно знать не только внешнеполитические проблемы, но и проблемы внутреннего, социального характера. Так вот, с учетом этих обстоятельств чекисты поручили мне назвать кандидатуру товарища Горбачева Михаила Сергеевича на пост генерального секретаря ЦК КПСС. Вы понимаете, что голос чекистов, голос нашего актива – это и голос народа.

Другие кандидатуры и не предлагались. Никто против не высказался, хотя за столом сидели и люди, не желавшие видеть Горбачева главой партии. Члены политбюро единодушно проголосовали за Михаила Сергеевича.

В пять вечера собрали пленум ЦК. Горбачева избрали генеральным секретарем. Под аплодисменты.

Андрей Андреевич Громыко вскоре покинул Министерство иностранных дел и получил почетный пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, то есть формально стал президентом страны. Эта должность чудесно увенчала его блистательную карьеру.

Но теперь мы знаем, что в те годы, на сломе эпох, Громыко намеревался сам возглавить страну. Еще после смерти Андропова, в начале февраля 1984 года, Андрей Андреевич примеривался к посту генерального секретаря ЦК.

Что же помешало? Или, точнее, кто?

Тогдашний министр обороны маршал Дмитрий Федорович Устинов рассказывал главному кремлевскому медику академику Чазову, как после ухода Андропова решали, кому стать генсеком:

– Мы встретились вчетвером – я, Тихонов, Громыко и Черненко. Когда началось обсуждение, почувствовал, что на это место претендует Громыко, которого мог поддержать Тихонов. Ты сам понимаешь, что ставить его на это место нельзя. Знаешь его характер. Видя такую ситуацию, я предложил кандидатуру Черненко, и все со мной согласились.

Секретарь ЦК КПСС К.У. Черненко в рабочем кабинете. 12 марта 1979

[ТАСС]

Упомянутый Устиновым член политбюро Николай Александрович Тихонов руководил союзным правительством после Косыгина.