Читаем Андреевский крест полностью

Раз, в светлый для каждого строителя праздник, на второе воскресенье августа, Федорыч с Палычем меня в оборот взяли. Уговаривать стали учиться. В институт строительный поступить. Директор уже не молодой был, за шестьдесят. Говорил, мол, помру, кому все достанется? Дочка его давно замужем, в столице обитает. Внукам только бабло от деда надо. Помрет, мигом долю его в фирме продадут, заморачиваться не будут. А они, мол, с Палычем кровью и потом через разруху Перестройки проползли, дело развивали. Тогда вот смену свою во мне разглядели…

Я подумал, с Натой посоветовался, и пошел на заочное поступать. Санек чуть со смеху не умер, так смеялся, когда узнал. Я и сам бы его поддержал, если бы мне годом раньше кто сказал, что я в студенты заделаюсь…

Но выучился. Честно учился, кстати. Разбирался, по ночам сидел, книжки читал и формулы разбирал. Контрольные делал и курсовики. С чертежами у меня только ничего не получалось. Терпения не хватало. Но и тут решил. Козленок один высоколобый к девкам в общаге подкатился. Вымогал, сученок, близость. Отчислить грозился. Я младших к нему поговорить отправил. Так он даже сначала верить не хотел, что нашелся кто-то за девчонок вступиться. В общем, козленок отправился на больничный, а я нарисованный благодарными студентками проект преподам сдавать.

Как диплом получил, стал Федорыч меня везде с собой таскать. Дела передавать. У нас не столица, у нас весь бизнес на личных связях построен. На взаимных одолжениях и отношениях. Это я и без старого строителя знал, так что кое-где сумел-таки его удивить. Как наш дядя Вова с иглы снялся, и братва сеть гипермаркетов затеяла строить, наше СУ подряд и получило. А кто еще? Один я такой у шефа нашелся, фишку вовремя прочуявший.

Одно за другое. Майер рулил в клубе, я учился строить, а Миха, как приклеенный всюду со мной. И всегда за баранкой. Коленок только неприкаянным болтался. То к блатным его несло, то еще куда. Как его брата старшего в Питере застрелили, мы, считай, последний раз всей бандой сработали. Съездили, нашли кто-чего и за что, и падлу привалили. Каждый по пуле выпустил, и ствол вместе с трупом в Финский залив скинули. И раньше, с детства вместе держались, а после той командировки, еще и кровью повязались.

Я Санька в службу безопасности фирмы пристроил, но тот уже без куражей жить не мог. Легкие деньги, легкая жизнь. Стрелки, разборки, наезды. Дядя Вова Коленка моего за бультерьера какое-то время держал. Не удивлюсь, если кроме того гада, что рыбам на корм пошел, на Саньке и еще кто был.

Помер Федорыч уже в новом веке. А полгода спустя и Палыч за старым другом ушел. И оба оставили мне свои доли в фирме. И такое бывает. Чужой я им вроде был, нефига не родственник, а приняли меня старые волки, наследником хозяйства назначили.

Надо сказать, вовремя я от бандитской темы отвалился. Ну не то, чтоб совсем. Скорее так — слегка в сторону отъехал. Дань дяде Вове иногда все-таки завозил. Под его, шефа, имя мне такие госзаказы отхватывать удавалось, что конкуренты только зубами скрипели. Ко времени кризиса я уже целыми микрорайонами строил. Миллиарды через мои счета проползали.

Не то чтоб прям олигархом был. Слухи о том, что прибыли со строительства почти как с героина — сильно преувеличены. Люди думают, будто бы раз квартира стоит, допустим, десять миллионов, так их-то хозяин фирмы в карман и положит. Как бы не так. А стройматериалы? А зарплаты? А техника? А чиновнички наши, крохоборы? Четверть цены — вчистую на откаты и дележ уходит.

Но худо бедно ковырялся. Яхты стометровые не покупал, но жили мы с Натахой и сыном, Никитой в коттедже среди сосен, а ездил на "гелене". Нравилась мне его суровая простота. Танк! УАЗик в пределе своей эволюции.

А вот у пацанов, тех, кто в хулиганах остался, дела все хуже шли. Особенно, как высоких покровителей дяди Вовы за коррупцию посадили. Менты пуганые стали. Бандитам помогать не торопились. Они, полицейские начальники, теперь сами фирмы крышевали, и в подачках от братвы нуждаться перестали.

Стали видных ударников криминального труда на собеседования таскать к следователям. В делах давно прошедших дней копаться. Из архивов все наши прегрешения выкопали. Неуютно стало пацанам в городе, и деваться некуда. Миллионов никто не скопил чтоб по заграницам от глупых вопросов прятаться.

А потом, как-то вдруг, все кончилось. Ходили слухи, что дяде Вове нашему место определили, в загон определили. Типа — здесь твое, а сюда не лезь, занято. Еще, была у меня такая мысль, вполне может быть, что получил наш шеф "привет" от давнишнего своего соперника и врага — лидера краснополянинских, корейца Кима.

Тренер наш в новую власть не верил. Говорил, мол, чтоб порядок в России навести стальным нужно быть, титановым. Так кулак сжать, чтоб у наших людишек спины захрустели.