Читаем Андреевский крест полностью

Леха прямым текстом порекомендовал о нашем происшествии на базу по рации не сообщать. Типа, вернемся — сами. А по дороге подумаем, в каком свете перед бабами это приключение выставить. Егору же сказать, что как только так сразу. И что не только Егорка открытиями увлекается, у нас тоже найдется чем порадовать широкую общественность. Короче, поболтали, передохнули минут десять, да и потрусили дальше. И вскоре, километра через три, вдруг вышли на дорогу.

Я что угодно ожидал увидеть. Динозавра встретить, или, бляха от ремня, "Наутилус" капитана Немо в уютной бухточке. Но только не такую вот, отлично наезженную колею. Чуждую. Неправильную. Узкую и без привычных отпечатков протектора.

— Телегами пробили, однозначно, — почесал затылок мичман. — Интересно девки пляшут…

— По четыре штуки в ряд, — согласился я. — А наш "приятель" туда побежал. Вон отпечаток. Видишь?

— Теперь вижу. А вон тот чей?

На второй, параллельной, полосе обнаженного колесами грунта красовался след другого человека. Он и обувь носил немного иную, и сам был тяжелее. Была еще одна особенность в походке нового персонажа. Но в чем именно я определить затруднялся.

— Если наш сученок компанией обзавелся, что им помешает засаду сварганить? — насторожился Леха. — Сидят где-нибудь под кусточком и нас, придурков самонадеянных, поджидают.

— Мы так и сделали, — снова согласился я. — Ну не тупее же она паровоза… Там, в бухте, он тырился вполне грамотно. С воды его до самого выстрела бы не увидели.

— Вот и я о том. Че делать будем, командир?

— Уступ в лево, — хмыкнул я. И подумал о том, что хорошо, когда все давно уже придумано до нас. И по-простому, так, чтоб последнему дебилу понятно было, расписано в Уставах. — Я тихонько по правой обочине в лесочке пробираюсь. А ты чуток позади, по дороге громко топаешь. И слушаешь. Скажу падай, значит падаешь и к правой же обочине катишься. Осознал?

— Оттож, — оскалился морской спецназовец. — Из нас двоих, ты — леший, я — приманка. Только ты там тоже поспешай. Время к ужину, а нам еще обратно топать. В темноте по незнакомой натуре не айс будет.

— Разберемся, — пообещал я. — На крайняк ломанем по компасу. А как на пляж выскочим, Поцу маякнем, чтоб подходил забирал.

— Вариант, — кивнул брат. — Ну, вперед?

Дважды щелкнул тактической гарнитурой и шагнул под деревья. И успел пробежать шагов пятьдесят, прежде чем в ухе раздался запрос на начало движения для приманки.

— Иди уже, — прошептал я. — И не торопись. Я тебя вижу.

Эх, мне бы тогда еще лохматочку мою любимую. Так чтоб со стороны казалось, будто зеленые мохнатые кочки сами собой от дерева к дереву перепрыгивают. И "Винторез". И отделение "летучих мышей" в полном обвесе… О чего было не помечтать? После пятого километра, лес фоном становится. Когда по следу идешь — только его и видишь. Если только не так, как я тогда — в поисках засады. Тогда-то оно конечно! Глаза во все стороны сразу смотрят, все мелочи подмечают. Уши на макушке. Редко кто способен долго без движения на одном месте сидеть. Мой старшина в армии говаривал, что, мол, люди — это такие большие мартышки. Пока в городах — что-то еще из себя корчат, сдерживаются. А в лесу, вся их обезьянья природа сквозь одежду просачивается. Суетиться начинают, лишние движения делают. Звуки издают. А лес все видит, все слышит, на все реагирует. Ты лишний, ты непонятный, ты чужой. В русских лесах мартышек не водится…

Вот и скользил я среди деревьев, как тень. Особо и не скрывался, будучи уверенным, что о приближении к врагам меня лесные жители успеют известить. Где обезьяна в кустах сидит, там птицы не поют и листья шепчутся по другому.

Дорога слева изгибалась, как змея, но в основном выдерживала направление на северо-восток. Мы прошли еще километр, а засады так и не встретили. Леха уже даже успел расслабиться. Поделился даже со мной сомнениями, а не лохи ли наши противники. Или первый таких ужасов второму наболтать успел, что оба теперь чешут от нас, ног под собой не чуя.

Ему, я брата имею в виду, хорошо было. Ему разговаривать можно. Хоть пой во все горло, или матом каждое встреченное по дороге дерево крой. Он и должен шум производить, внимание противника на себя отвлекать.

В общем, углядел я их. Не ожидал, что эти два козла такое место для нападения выберут. Неподходящее. Ладно бы на повороте, один с одной стороны дороги, другой с другой. Да так, чтоб сектора друг другу не закрывать и чтоб под дружественный огонь не попасть. А эти — на прямом участке колеи, да еще и рядом. Первый, он с ружьем и с красным поясом — трудно спутать, на корточки присел. У "базуки" его ствол тяжеленный, вот он на развилку куста его и пристроил. А руки дрожат — кусты трясутся. Новый враг — пояс синий. С пистолями — один в руке, второй за поясом. Так он вообще рядом стоял. Плечом о ствол дерева оперся, и головой крутил. Типа, вроде как скучно ему. Как такого не повеселить.