Читаем Андеграунд полностью

Прозвенел звонок. Школьники хлынули во двор, смеясь и обсуждая какие-то темы — веселые и беззаботные, еще не представляют, что их ждет во взрослой жизни. На их фоне Ника была зажатой и забитой. Но все менялось. Как только в поле ее зрения попадал заветный «Гелентваген», она чуть приосанивалась, старалась иди от бедра, демонстрируя неудачную модельную походку. И всегда широко улыбалась Рустему, будучи от него без ума. А он грустил. Ему не хватало жесткой и язвительной Соколовой, которая не только мир под себя прогнет, но и вселенную в бараний рог замотает.

— Привет, — она улыбалась ему чистой искренней улыбкой.

— Привет. Как дела в школе? — Рустем плавно выехал со школьной парковки. Встречать подростка ему приходилось постоянно и это тоже стало некой досадой. Ника абсолютно никак не ладила с техникой, у нее не получалось научиться водить машину. Но при этом как оказалось она очень хорошо готовила. Но не умела петь. И…он снова подумал, что сравнивает их.

— Все хорошо, — она всегда врала. Не было ничего хорошего, но она старалась не жаловаться своему…крашу? Ах да, насчет краша.

— Почему тогда меня вызывает учительница литературы? — мужчина хмыкнул. — Еще и с психологом.

— Ой, — ее и без того большие глаза стали еще больше. — Из-за сочинения. Тем, я правда ничего такого там не писала. Просто нужно было написать о своем краше и вот.

— Ясно, заеду тоже почитаю, — да, встречу назначили на завтра поскольку психолог сегодня не смогла приехать с другого поселка.

— Тем, а можно мне завтра с девочками по магазинам пройтись? — она очень робко на него взглянула, почти по щенячьи.

«А Вита в лучшем случае поставила бы перед фактом», — мысленно припомнил он. Возможно, потому что Витторина была старше и более самостоятельной!?

— Что за девочки?

— Девчонка с параллели, мы с ними подружились вроде и вот, хотела, так сказать, поддержать их движуху, — Ника нервно заламывала пальцы. — Пожалуйста, для меня это важно.

— Так я не против. Вас отвезти надо?

— Если можно, то лучше встретить, — тихо-тихо прошептала она.

— Хорошо, — спокойно отозвался он, в очередной раз думая о первой влюбленности. Сейчас он даже не мог вспомнить свою школьную любовь, но до сих пор помнил любую подколку от…ну да. Вон Ника сидит, страдает, переживает, а он будто и не замечает всех ее чувств. Но так будет лучше. Нет смысла объяснять, что они не могут быть вместе, что любовь пройдет и так далее. Просто период, через который все проходят. Нужно просто подождать.

— А кто твоя подруга? — вдруг спросила она.

Он даже не сразу понял о ком она спрашивает. И лишь вспомнив, что на днях Эмили приходила в гости, Тем мысленно закатил глаза.

— Это мой хороший друг.

— Вы давно друг друга знаете?

— Да.

— Вы…ну, у вас взрослые отношения? — она покраснела. — Я просто…мне интересно, какие девушки тебе нравятся, — Ника окончательно смутилась. При любой возможности девочка старалась разузнать о предпочтениях мужчины.

— Мне нравятся решительные взбалмошные девушки, знающие себе цену.

— Как та с фотографии?

— Да… — помедлив отозвался он. — Почему тебя вдруг стала интересовать так моя личная жизнь? — Беркутов обернулся к ней.

— Мне кажется тебе плохо… — она потупила взгляд. — Ты будто что-то или кого-то ждешь…мне кажется, что тебе нужна любовь, чтобы чувствовать себя лучше. Тебе одиноко.

— Ты скрашиваешь мое одиночество, — негромко отозвался он, желая хоть как-то приободрить девочку.

— А…можно мне на завтра немного карманных денег получить? — застенчиво спросила она.

— Я дам тебе карту. Купишь, что захочешь, — и он вспомнил, как купил стеклянный сувенирный шарик для той, у кого в жизни было все. Но как она радовалась. Он жил этими воспоминаниями, прокручивал раз за разом и наслаждался. Мстислав привез с собой этот сувенир, предложив вернуть его владелице.

Ника счастливо улыбалась. Только в этот момент, стал заметен отек на скуле.

— Кто тебя ударил?

— Я случайно в косяк влетела, — она смутилась, прикрыв ладошкой увечье.

— Ну-ну, — и решив, что завтра поднимет этот вопрос на встрече, въехал в гараж.

«Оникс» стоял здесь с тех самых пор, как Академия отказалась от иностранных автомобилей. Увы, эту машину Витторина желала оставить и дабы не рушить свой авторитет в Андеграунде и перед братским Союзом, приняла решение укрыть в Рустема, который был не против.

Ужин прошел в вялой болтовне. Ситуацию в очередной раз спас Макс, пришедший с вечерней смены. Перетянув все внимание Ники на себя, молодой оборотень позволил Рустему вновь придаться своей боли, грусти, и заняться проблемами с бизнесом.

— Серьезно? Потрясающая идея, — Максим улыбнулся. — Шопинг — это то, что тебе нужно.

— Мне тоже так показалось, — застенчиво улыбнулась Ника.

— Обязательно посмотри новое платье. У тебя потрясающая фигура.

— Думаешь?! — она критично осмотрела себя. — Мне кажется, во мне есть пара лишних килограммов.