Молли насторожилась. Сержант Мелер уехал несколько часов назад и пообещал передать всю информацию Брауну для дальнейших распоряжений. Молли достала его визитку, набрала номер и попала на голосовую почту.

– Сержант Мелер! – Молли нервно расхаживала по кухне. – Это Молли Таннер. Вы приезжали ко мне сегодня утром. Детектив Браун оставил мне сообщение, спрашивает, были вы у меня или нет. Поэтому… Хотелось бы знать, что стало с записками, которые я вам отдала. Пожалуйста, перезвоните мне. Заранее спасибо. Всего хорошего.

Молли повесила трубку, на лице ее застыла натужная улыбка. Она надеялась, что сержант не отнесется к ее звонку, как к попрекам надоедливой бабы. А что, если этот Мелер – обычный пустозвон, любитель правильных слов, которые так словами и остаются?

Молли шумно выдохнула и передразнила себя:

– Нет, Молли, сержант Мелер не такой!

Она достала из холодильника кувшин с холодным чаем и прошла в кабинет, к компьютеру.

Не успела она устроиться поудобнее перед монитором, как раздался звонок. Это был взволнованный Эрик. Он хотел выяснить, нашла ли мать парня, о котором он ей рассказывал.

– Пока нет, – ответила Молли, – но я стараюсь, времени зря не трачу.

– Мам, найди его, и скорее!

– Я очень стараюсь, милый, – повторила Молли. Тревога сына передалась и ей. – В чем дело, Эрик? Почему ты так беспокоишься?

– У меня ужасное ощущение… Кажется, что мы теряем пропавшую девочку. Я чувствую, как она ускользает. Это… это как… Помнишь, когда я был маленький, мы втроем отдыхали на Кейп-Код и у меня был воздушный змей? Я еще веревку выпустил, помнишь? Он поднимался все выше и выше, как при замедленной съемке, а потом исчез, растворился в небе. Сейчас ощущения примерно такие же – я понимаю, что змей улетает навсегда, и, вместо того чтобы сражаться за него, смиряюсь.

Молли закрыла глаза, представив сцену из прошлого.

– Прости, милый, это все я виновата.

– Ты? Но в чем?

– В этой ситуации. В этих ощущениях. Ты мучаешься из-за меня, у меня же это, как же его? Шестое чувство.

– И что с того? Разве проблема в моих страданиях? Мне на них плевать! Главное – разыскать девочку! Мам, мне пора.

– Ладно, Эрик. Если что выясню, обязательно позвоню.

– О’кей. Ну, давай, я люблю тебя!

– А я тебя еще больше. – Молли дождалась, когда сын отсоединится, и отсоединилась сама.

Глава 22

Каким будет день для Мамочки, Трейси не знала. Мамочка уже надела джинсы, синюю водолазку и синий свитер. Трейси успела привыкнуть к прохладе пещеры-спальни и к запаху – теперь он почти не чувствовался. Пещера стала домом – например, как дом бабушки, – домом с собственным запахом.

Мамочка все утро собирала в корзину вещи: свою Библию, другие религиозные книги, бутылки с водой, двадцатипятицентовики с верхней полки. Трейси тихонько лежала под одеялом: во-первых, тепло, во-вторых, удобно подсматривать за Мамочкой. Вот она сняла с верхней полки две фотографии в рамках, взглянула на них, поставила обратно и прижала руку к груди, словно у нее болело сердце. Трейси стало грустно. Интересно, Мамочка скучает по своей маме? И почему родная мама не защищала ее, Трейси, от токсинов? А с Эммой что? Она умрет? Вдруг Эмма уже заболела, поэтому мама и отправила другую дочку к Мамочке? Вдруг мама хотела, чтобы Мамочка ее спасла?

Трейси потянулась за новой куколкой, прижала ее к груди и коснулась кулончика. На месте! «Спасибо тебе, Господи!» – с улыбкой подумала Трейси. Ей нравилось то, как она теперь думает о Господе, нравилось благодарить Его и знать, что Он за ними наблюдает.

– Доброе утро, Трейси! – приветливо сказала Мамочка.

Девочка откинула одеяло и улыбнулась:

– Доброе утро!

– Отгадай, куда мы сегодня идем! – Мамочка села на краешек матраса.

«Куда?» – спросили огромные глаза Трейси.

– Мы навестим мою мамочку!

Трейси вздрогнула.

– Но она же умерла?

– Да, милая, умерла, но мы все равно ее навестим.

Мамочка дала Трейси свитер и брюки, которые та носила накануне, и отошла в другой конец пещеры. Чтобы не замерзнуть, Трейси оделась под одеялом. В ней что-то изменилось – теперь о пещере-спальне она думала с той же теплотой, что о хижине из «Домика в прерии»[6], любимого фильма на диске.

– Трейси, сегодня нужно позавтракать как следует. Идти нам далеко, хочу, чтобы тебе хватило сил.

– Ладно, – ответила Трейси.

Мамочка приготовила завтрак – вытащила из короба в углу молоко и масло. Она залила хлопья молоком, поставила их на стол, а рядом положила ложку, одну из трех, что у них были. Трейси на цыпочках прошла по земляному полу и, усевшись на пенек, стала болтать ногами. Пока она ела, Мамочка молилась.

Трейси жевала хлебную корку, гадая, как задать вопрос, который вертелся у нее на языке. Стоит его задавать? А если вопрос глупый?

– Мамочка, – начала она, набравшись смелости, – как ты научилась разговаривать с Господом? – Девочка затаила дыхание: она не знает элементарных вещей, вдруг Мамочку это расстроит?

Мамочка отвернулась, и у Трейси засосало под ложечкой: смелости как не бывало.