Читаем Аманда исчезает полностью

«Похоже, он привык ее так поддерживать», – решила Молли.

– Когда вышли на стоянку, я хотела взять Трейси за руку, но доченька исчезла. Я подумала, она все дуется из-за Эммы, и пожалела, что проигнорировала ее расстроенный вид. Вдруг она еще сильнее обиделась? – Селия всхлипнула. – Я начала громко ее звать. «Трейси! Трейси!» – кричала я и искала ее всюду: и на горках, и под кораблем, и в обоих домиках для игр с другой стороны замка. Я впрямь думала, она где-то рядом и прячется от меня. – По щекам Селии потекли слезы. – Я звала, звала, звала ее… Неподалеку от места, где мы играли в прятки, на скамейке сидела женщина. Она сказала, что видела, как Трейси идет к зарослям, даже спросила ее, все ли нормально, а Трейси лишь кивнула. Как же я ничего не почувствовала?!

Селию точно силы оставили, и она сникла в объятиях мужа.

– Это я виновата! – Она обвела добровольцев умоляющим взглядом. – Я думала, Трейси прячется.

«Она не виновата! – кипела Молли. – Ни в чем она не виновата! Виноват мерзкий урод-похититель!»

Она напряженно смотрела на тропинку, выискивала хоть слабый след маленьких ножек. Нет, так не пойдет, нужно подавить тревогу, сейчас не время для давних кошмаров. Молли закрыла глаза и, поглубже вдохнув, запустила «программу самоспасения» – напомнила себе, что одолела стресс. Потом украдкой оглядела встревоженные лица участников поисковой группы. Вдруг один из них – похититель, пришел якобы помочь, а сам подслушивает, не обнаружились ли какие улики? Некоторые из добровольцев прихватили палки и теперь тыкали ими в траву. Молли догадалась, что они, возможно, ищут тело. И тут же прошлое вырвалось из-под контроля. Молли мысленно обратилась к себе и повторила мантру: в гибели Аманды она не виновата. Мысли плавно потекли к Трейси: «Она не погибла. Я видела ее живой!»

Время от времени люди принимались выкрикивать имя Трейси, и каждый раз вся группа на миг прекращала поиски и с надеждой замирала.

Отдельные участки поля полицейские огородили желтой лентой. О находках ничего не сообщали, но раз добровольцам позволено топтать все вокруг, значит, никаких зацепок не появилось.

Молли дошла до края поля, дальше – лес: деревья с узловатыми ветвями и колючие заросли.

В свежем осеннем воздухе звенели голоса, под ногами шуршали листья. Робкий шаг, второй, третий – с яркого солнца Молли нырнула в густую тень деревьев.

Лес будто манил ее, и она сделала еще один шаг. По коже побежал озноб, в груди раздулся шар и больно давил изнутри. Сердце неслось галопом, теплый воздух сбивался в горле. Молли понимала: все это – часть Картины. Отступать нельзя, возможно, Картина позволит найти Трейси. Чем дальше в лес, тем сильнее пахло холодной землей, потянуло ветерком от ручья, не ведающего солнца. Почувствовав слабость, Молли села на корточки, низко опустила голову и прижала локти к коленям.

«Ну же, давай! Либо прояснись, либо оставь меня в покое! – сказала Молли проклятой Картине. – Либо покажи все, либо катись к черту». Ну почему видения такие непонятные? Молли велела себе собраться и не пропускать знаки, на которые восемь лет назад, на свою беду, не обратила внимания.

Послышался неясный звук, и она резко вскинула голову. Вдали мелькнула Ханна. Вот Ханна нагнулась – медленно, в простом движении угадывался возраст – и начала… неужели сгребать опавшие листья? Потом выпрямилась, украдкой посмотрела по сторонам и сделала несколько шагов вперед, уворачиваясь от веток с ловкостью, какая приходит лишь с опытом. Снова остановилась и потыкала землю длинным прутом.

Ханну догнал кто-то из добровольцев, тронул за плечо. Она испуганно дернулась, уронила прут и шагнула в сторону, словно желая загородить место, в которое тыкала палкой. После короткого разговора мужчина подобрал прут, и они вместе двинулись обратно к парку.

– Уже возвращаетесь? – окликнула их Молли.

– Кое-что лучше не трогать, – ответила Ханна.

Обескураженная словами Ханны, Молли встала, готовясь к новому всплеску внутреннего напряжения, и решительно двинулась вперед. Однако напряжение почти исчезло, осталось лишь легкое замешательство. Молли углублялась в лес – хрустели под ногами ветки, колючий кустарник цеплялся за одежду. Молли споткнулась и, чтобы не упасть, ухватилась за деревце. Ладонь обожгла резкая боль. Черт! Молли шумно втянула воздух и осмотрела рану – глубокий порез набухал кровью. Порез формой напоминал букву Т.