Читаем Аманда исчезает полностью

– Обратного адреса нет. – Коул сорвал с конверта клапан и вытащил желтый стикер. Игривости как не бывало – его лицо снова перекосилось от раздражения. – Молли, – серьезно начал он, – что за черт здесь творится?

Молли ответила недоуменным взглядом. Коул смял записку, вместе с рваным конвертом бросил в мусорный контейнер и ушел, не оглянувшись. Молли вытащила стикер из контейнера и торопливо развернула.

На желтом листочке простым карандашом нацарапали:

Пастор Летт прижалась к стене, ожидая, когда можно будет показаться. В тускло освещенной комнате мальчишка стоял неподвижно. Пастор Летт медленно подошла к нему и перехватила его взгляд.

– Не бойся, милый, это я.

Мальчишка смотрел на нее как на чужую. Душу пастора Летт всколыхнуло чувство вины, но его быстро сменила досада. Она поставила мешок с мусором на пол.

Они же обо всем договорились, ввели правила, которые помогут им жить спокойно. Что изменилось? Чего испугался мальчишка? Пастор Летт прекрасно знала чего. Она переступила черту, испугала мальчишку так, что неизвестно, оправится ли он. Пастор присела на корточки.

– Милый, все хорошо, я позабочусь о тебе и не дам в обиду. У нас все будет в порядке. – Она потянулась к мальчишке, но тот отпрянул. – Господь поручил мне за тобой ухаживать. – Голос зазвенел от волнения, и пастор Летт постаралась успокоиться. Она поманила мальчишку к себе: – Иди сюда, не бойся!

Мальчишка неуверенно шагнул к ней.

– Правильно, милый, иди сюда! – Пастор Летт притянула его ближе. – Ну, чем ты занимался?

Мальчишка смотрел на нее в упор; глаза у него красивые, невинные. Обожание переполняло сердце пастора Летт и мешалось с болью. Она же в заложниках его держит! Чтобы наслаждаться жизнью, мальчику нужна свобода, а он как в тюрьме сидит.

– Ты к молитве готовился? – шепотом спросила пастор. – С Господом говорил?

Мальчишка нервно кивнул.

– Правильно, мы все разговариваем с Господом.

Мальчишка поднял голову. Судя по вздоху облегчения, ее он услышал.

– О чем ты молился? Тебе что-нибудь нужно? – спросила пастор Летт.

Мальчишка не ответил.

– О чем ты просил Господа? Ты несчастен? – не унималась она, отчаянно желая его порадовать.

Мальчишка начал чуть заметно раскачиваться из стороны в сторону. Пастор Летт такое уже видела и прекрасно понимала: мальчишка напуган.

– Солнышко, не закрывайся от меня. Я могу помочь, – заверила пастор Летт. – Давай посмотрим, что я тебе принесла. – Она потянулась к пакетам.

Мальчишка с любопытством на них глянул. Из самых глубин пастор Летт вытащила плюшевого кролика. У мальчишки загорелись глаза. Пастор протянула кролика – он схватил его и зажал под мышкой.

– Вот она, моя любимая улыбка! – воскликнула пастор Летт. – Давай посмотрим дальше.

Осмелевший мальчишка приблизился и в предвкушении подарков даже раскачиваться перестал.

Пастор Летт вытащила коричневую рубашку и белый свитер.

– Что это? – поддразнила она. – Вроде одежда… – Пастор поднесла вещи к глазам. – Хм, и размер как будто твой. – Она взглянула на мальчишку: – Лучше проверим, не мало ли тебе? Нет, в самый раз; значит, обновки твои.

Мальчишка вырвал свитер и рубашку у нее из рук и жадно понюхал. Пастор Летт улыбнулась. Материальные блага она презирала, но порой большего предложить не могла. Она осознавала, что делает и будет делать дальше, но ведь ее заставили. Люди вынудили ее жить в вечном обмане. Разве это справедливо? Мальчишку то и дело приходилось бросать одного, но пастор знала, вернее, надеялась, что Господь не оставит их, что защитит от зла и жестокого мира.

Мальчишка смотрел на пакет, одним взглядом моля: еще, еще!

– Посмотрим дальше или хватит тебе подарков, а, малыш?

Мальчишка улыбнулся.

– Ладно, давай посмотрим! – с фальшивой непринужденностью воскликнула пастор Летт, сунула руку в пакет и притворилась, что не может вытащить подарок, – тянула его и морщилась от натуги. – Не вылезает! – прохрипела она, якобы выбиваясь из сил.

Мальчишка скривился от нетерпения – так хотел скорее увидеть подарок.

– Застрял! – Пастор Летт с головой зарылась в пакет и отчаянно замолотила руками.

Мальчишка захохотал.

– На помощь! На помощь! Теперь я застряла! – Пакет приглушал ее жалобные крики.

Мальчишка колебался лишь пару секунд, потом его пальцы коснулись спины пастора Летт – он потянул ее назад. Пастор сопротивлялась изо всех сил, упиваясь весельем мальчишки. Оба повалились на спину, и тускло освещенная комната наполнилась смехом. Когда смех затих, пастор Летт глянула в пакет, сделала большие глаза и развела руками.

– Я туда больше не полезу! – заявила она, сев на корточки, и велела: – Сам лезь!

Мальчишка неуверенно заглянул в пакет, потом повернулся к пастору Летт и покачал головой, словно подначивая ее.

– Нетушки! Почему вся грязная работа на мне? Где справедливость? – Пастор даже губы надула. – Ты сильный, сам прекрасно справишься!

Мальчишка снова покачал головой.

– Ну ладно, ладно, – сдалась пастор и засунула голову в пакет, да так быстро, что мальчишка запрыгал от нетерпения. С его губ наконец слетело одно-единственное слово: «Смешно!»