Читаем Алтарь страха полностью

— Пару дней спустя в депо заявился полицейский и вызвал меня. Он сообщил, что дерево вытащили из земли, распилили и увезли. А под корнями обнаружили человеческие кости. Сказал, что они принадлежали женщине и что закопали ее здесь лет двадцать назад. И теперь ожидали специалиста, который должен осмотреть эти кости. — Он отпил кофе и уставился в стену. — Он сказал, что череп расколот. Затем он посмотрел на меня так, словно я был тем самым парнем, которого они ищут. И еще он хотел знать, как давно я езжу этой дорогой и не вспомню ли чего-нибудь подозрительного из тех времен, когда его еще возили в детской коляске.

— Надеюсь, ты не раскололся? — с усмешкой спросил его слушатель.

— А что я мог сказать? Он взял мой домашний адрес на случай, если я передумаю и во всем сознаюсь. Возможно, они даже какое-то время следили за мной, когда я проезжал этот Бэльстоун. Вот что я поимел, когда проявил гражданскую сознательность.

Бэльстоун.

Бэльстоун!

Слушатель на другом конце стойки тупо таращился в кофейную чашку. Она повисла в его пальцах, из которых сила вытекла подобно невидимой воде. Бэльстоун! Чашка наклонилась так, что кофе мог вот-вот перелиться через край. Он выпрямил ее лишь ценой огромного усилия воли, поставил на блюдечко, сполз с табурета и вышел на улицу. Водители не обратили на него внимания. А он шел, едва передвигая ослабевшие в коленях ноги, ощущая озноб на спине и сумятицу в мозгах.

Бэльстоун!

Я, Ричард Брэнсом, высококвалифицированный металлург, находящийся на правительственной службе. Я заслужил доверие начальства, дружбу коллег и соседей, любовь жены, двух детей и собаки. Перед тем как получить допуск к секретной работе, я прошел проверку сотен опытных людей. В моем личном деле ни пятнышка, прошлое безукоризненно. В моем шкафу ни одного скелета.

Ни одного?

О Господи, ну зачем покойники встают из своих могил и тычут перстом в настоящее? Ну почему бы им не упокоиться там навсегда, позволив живым жить в мире с самими собой?

Он застыл в смятении, глядя в пространство невидящими глазами, не обращая внимания на грохот приближающегося поезда. Ноги внесли его в привычный вагон, как слепца. Он неловко прошел и, найдя свободное место, уселся, едва сознавая, что делает.

Зачем я убил Арлен ?

Вагон по обыкновению был полон. Напротив и вокруг маячили все те же лица. Его появление приветствовали привычными кивками в ожидании, что завяжется обычная праздная болтовня.

Сидящий напротив Фармло развернул вечернюю газету, кашлянул и прокомментировал:

— Денек прошел неплохо... Это я и сам мог бы сказать. Торговля слегка оживилась. Самое время потребовать прибавки за... — Он смолк, а затем проговорил чуть громче: — Брэнсом, вы не заболели?

— Я? — Брэнсом вздрогнул. — Нет, со мной все в порядке.

— А по виду этого не скажешь, — сообщил Фармло. — Побелели как снег. — Он склонился в сторону, хихикнул и подтолкнул локтем соседа, Коннелли. — Слышал, что я только что сказал? Я сказал, что Брэнсом белее снега.

— Он и в самом деле выглядит неважно, — ответил Коннелли и, криво посмотрев на Брэнсома, отодвинул колени в сторону. — Если стошнит, то не на мои колени.

— Со мной все в порядке. Не волнуйтесь. — Слова звучали так, словно он произносил их чужим голосом.

Почему я убил Арлен?

Фармло оставил его в покое и принялся обсуждать спады и подъемы в бизнесе. Время от времени он посматривал на Брэнсома большими, слегка навыкате глазами. Казалось, он ожидал, что с минуты на минуту произойдет нечто неприятное. Тем же был занят и Коннелли, только не столь явно. Они производили впечатление людей, избегающих малейших неприятностей вроде тех, когда надо спешить оказывать первую помощь человеку, бьющемуся в агонии на полу.

Разговор иссяк, поезд мчался вперед, а трое сидели в молчании и смутной тревоге. Никто из них не знал, что сказать. Наконец за окном замелькали полоски света, а снаружи, в туманной мгле, зазвучали голоса. Мимо их вагона кто-то вез повизгивающую тележку. Коннелли и Фармло выжидательно посматривали на Брэнсома, сидящего с отсутствующим видом и не замечающего устремленных на него взглядов.

Спустя несколько секунд Фармло наклонился к Брэнсому и похлопал его по колену.

— Ваша остановка.

— Да что вы говорите? — недоверчиво посмотрел на него Брэнсом. Он протер стекло и посмотрел в окно. — И точно! — Схватив кожаный портфель, он изобразил фальшивую улыбку и поспешил к выходу. — Замечтался.

Выходя в тамбур, он слышал, как Коннелли сказал:

— Замечтался! Скорее уж кошмар увидел. Так будет точнее.