Читаем Алтарь счастья полностью

Когда же пальцы Криса начали теребить сосок, невероятно сладостное ощущение охватило девушку. Ванесса изнемогала от удовольствия, не в силах сдержаться, чтобы не ответить на поцелуй. Ее податливость воспламенила Криса еще больше. Она почувствовала, как дрожь пробежала по его телу и его губы стали более настойчивыми. Ванессу захлестывали доселе неведомые ей, удивительные ощущения. Удивительные и вместе с тем пугающие.

Ванесса, раздираемая страхом и одновременно сладостным возбуждением, уперлась ладонями в грудь Криса и попыталась оттолкнуть его. Она ощущала его ласкающие прикосновения в самых интимных местах своего тела и отдавала себе отчет, что надо прекратить это сумасшествие как можно быстрее. Прежде чем окончательно выбиться из сил, она все же сумела оттолкнуть его.

Ванесса была так близка к тому, чтобы, захваченная сладостными и одновременно мучительными ощущениями, погрузиться в забвение, так близка, так близка...

Крис отстранился и злобно прошипел:

– Ну что, принцесса? Передумала?

Тяжело дыша от возбуждения и недостатка воздуха, Ванесса беспомощно уставилась на него.

Теперь, когда Крис больше не целовал ее, ей страстно захотелось вновь ощутить грубую власть мужских губ над своими губами. Захотелось вновь почувствовать прикосновения его рук в тех местах, где они были мгновение назад. Все ее тело сотрясалось от настоящей боли. Прошло несколько секунд, прежде чем Ванесса поняла, что эта дрожь стала предвестницей разочарования и ярости.

Крис отодвинулся от нее к краю кровати и грубо выругался. Ванесса вжалась в матрас, ужасаясь тому, что ее ночная рубашка превратилась в лохмотья. Помышляя лишь о бегстве, она спустила ноги на пол и встала, кое-как прикрывая наготу.

– Для «штучек» вроде вас существует несколько названий. – Голос Криса звучал мрачно. – И первое, что приходит на ум, это – грязная...

– Т-там зззз... – попыталась заговорить Ванесса, чтобы не слышать грубых слов, готовых сорваться с его губ, и постараться выпутаться из ужасного положения, грозившего стать еще более ужасающим, но зубы ее клацали от страха.

Ванесса вздрогнула, когда Крис прорычал:

– В вашей комнате собака, вот и все! Чертов пес, огромный, как теленок, но абсолютно безвредный и не стоящий того, чтобы из-за него лишать себя сна хоть на минуту.

– Н-нет. 3... зззе. – дрожащим голосом пролепетала она.

Ее следующая фраза:

– Там ззз... змея, – потонула в потоке новых ругательств.

Ванесса вдруг поняла, что не просто не нравится Крису Ригану, а что он ее ненавидит. Ее словно окатили ледяной водой: человек, знакомый с ней менее двенадцати часов, уже ненавидит ее!

Страшась оставаться в этой комнате и испытывая не меньший страх перед возвращением к себе, Ванесса нетвердой походкой направилась к двери, ведущей в холл. Она нащупала ручку и, распахнув дверь, выскользнула в темноту. Девушка нашла себе пристанище в одной из комнат для гостей. Все еще не оправившись от пережитого ужаса, она тщательно осмотрела помещение.

Ванесса достаточно насмотрелась приключенческих фильмов, чтобы знать: услышанный ею звук, похожий на звук трещотки, производит гремучая змея. Когда же она увидела на своей кровати и саму змею, то с воплем ужаса бросилась искать защиты у Криса.

Ее глаза вновь наполнились слезами. Вместо поддержки и помощи хозяин дома затащил ее в постель и начал целовать с одержимостью сексуального маньяка. И – о Боже! – она ответила на поцелуи. Она поступила правильно, вовремя остановив его, да и себя тоже.

При воспоминании о презрении, звучавшем в голосе Криса, когда он назвал ее «штучкой», обида обожгла Ванессу. Отказ выслушать ее стал яркой демонстрацией его глубокого презрения. От сознания того, что ей пришлось пережить наяву ночной кошмар, Ванессе стало еще хуже.

Убедившись, что спальня не таит в себе новых опасностей, она подошла к кровати, тщательно осмотрела ее и, откинув одеяло, осторожно легла. Подложив под голову подушку, Ванесса натянула одеяло до подбородка и постаралась успокоиться. Если ей удастся продержаться до утра, она найдет в себе силы вернуться в свою комнату, собрать вещи и убраться из этого дьявольского места.

Будь у нее хоть малейшее подозрение, сколь драматичным окажется это путешествие, она бы нашла способ отделаться от поручения. Впервые в жизни Ванесса поняла, что в жизни есть вещи пострашнее бабкиного гнева.

Как только Ванесса покинула комнату, Крис открыл соединяющую спальни дверь и впустил к себе Бастера. Не потрудившись включить свет, он закрыл дверь и, приказав псу лежать, забрался в постель. Тело его до сих пор ныло от неудовлетворенного желания.

Крис долго лежал в темноте, уставившись в потолок. Мысли о принцессе из Нью-Йорка не покидали его. Чертовски жаль, что он не может сейчас ощутить ее запаха, вкуса ее губ, прикоснуться к ее телу... В жизни он не испытывал столь страстного желания, не подозревал, что потребность обладать женщиной может быть такой сильной и непреодолимой.