Читаем Альтаир полностью

А город спал и только месяц прятал,Смущенный, в тучах узкое лицо.Струился шелком его свет куда-то,Блестело в нем Садовое кольцо.А мир был слеп и лишь на перекресткахНа светофор смотрела шоферня,И в его нервных, ярко-желтых блёстках,Машин последних шла еще возня.А мир был глух – заткнул подъездов уши —Не слышать чтоб сирен истошный вой.Он от дневной устал, наверно, чуши,Как мы, бывает, от себя порой.Ночь выдалась безветренной, погожей.Нагретого асфальта гаснул пыл.И мир был нем и только я, прохожий,На узкий месяц, как собака выл.А над Москвой рубиновые звездыЕщё горят – она уже не та.Куда ни глянь, одни вороньи гнезда,И впереди, похоже, темнота.

«По закраинам, по окраинам…»

По закраинам, по окраинам,Не пытаясь добиться прощения,Я уйду неприкаянным Каином,Не спросив у тебя разрешения.Ветер носит пыль от моих сапог,И трепещет осинка замерзшая.Осудить меня может только Бог,И любовь без полива засохшая.Мне не нужен храм, чтобы смыть грехи.Мне кукушка шептала пророчества.У меня есть даль и мои стихи.И дорога, и лед одиночества.Пропоет скворец на закате дня,Когда окна задернутся шторами.И летят ветра за собой маня…Не удержишь любовь уговорами.

«Я весной, когда тронет восход…»

Я весной, когда тронет восходНебосвода прозрачную шаль,Вдруг уйду в свой последний поход —В голубую звенящую даль.Бестелесные тени боговНаселяют ту землю чудес,А невидимый глазу покровСтережет от досужих повес.Разбужу спящих духов в корнях,Поднимусь вместе с ними к ветвямИ забуду о прожитых днях,Рассказав о себе соловьям.

«Ветер бреет макушки берез…»

Ветер бреет макушки березИ кружится взлетая листва.Плачет небо потоками слез.Побледнела, пожухла трава.Черным вороном кружит тоска.Волком воет в чащобе печаль.Я свой замок сложил из песка.Рухнул он, и его мне не жаль.Но устал я, как загнанный зверь.Не транжира, не сноб и не мот.Где же, ты, потаенная дверь?Где к душевному счастью проход?Два пути и назад колея.Камень мшелый травою оброс.Где дорожка, где тропка моя?Нет ответа на этот вопрос.Стерло время на камне слова.Я не знаю, что там впереди.Только носит людская молва:«Счастья нет, и его ты не жди»

«Перья облаков в звонкой тишине…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное