– И все? Никаких пик внизу? Никакой кислоты? Не, так ты там не умрешь. Вдруг у твоей медведицы попа большая, застрянешь еще на полпути.

Я в шоке посмотрела на Дэвида. Он находит время для юмора? Зато благодаря такому контрасту мои слезы мгновенно высохли, и я воспользовалась этим переключением эмоций. Закрыла глаза, отбросила все чувства в сторону и уверенно призвала зверя.

Глава 17

Альбина

Я рухнула на кровать прямо как была. Руки до сих пор тряслись мелкой дрожью, словно после невероятных физических нагрузок, ноги ныли от усталости.

Тринадцать часов операции дались безумно тяжело. И дело было даже не в уровне сложности, а в уровне ответственности. Не зря врачи никогда не берутся даже лечить близких или знакомых людей, не то что оперировать.

Будь на месте Леона обычный человек, я была бы в сто раз спокойнее. Но что, если его эксперимент с регенерацией даст неожиданный побочный эффект? Что, если я не смогу его спасти?

Подобные мысли черными тучами заволокли ясное сознание, я работала как в тумане. Насилу жмурясь, я постоянно давила свое воображение, молясь, чтобы руки не прекратили работать на автомате.

И пусть я раньше была лучшим гинекологом страны, за годы в клане гибридов я научилась справляться со всеми болезнями. Вот только тут надо внести маленькую поправочку: быстро справляться, ведь у этих ребят регенерация была просто невероятной. Не успела – и все, заново режь, ломай, сращивай. И вроде бы с Леоном должно быть все проще, но это только в теории. На деле же у меня инструменты валились из рук, кровь плескала в лицо, и вместо двух часов на столе все затянулось на более чем полусутки.

Леон потерял много крови, я – сил, и моральных, и физических. Лежа на кровати сейчас, я ощущала себя мокрой тряпочкой. Одежда пропахла потом, мне нужно было в душ, но я не могла поднять даже ногу. Так я и заснула прямо поперек кровати.

Удивительно, но сон был просто чудесный. Леон заботливо раздевал меня, снимая прилипшую медицинскую форму. Сладко целовал, шептал о том, как скучал без меня, как ему нравится запах моего тела. Что он был дураком и больше никогда не оставит меня.

Сон был один из тех, которые никогда не сбываются, из рода фантастики.

Я открыла глаза с рассветом, чувствуя холод мокрых простыней, на которые дуло из открытого окна. По коже пошли мурашки.

Я была абсолютно голой!

Вскочила я со скоростью восемнадцатилетней, обернулась на смятое постельное белье, на одежду, что валялась на полу, и вздрогнула.

Это же был сон! Или нет?

Резкий порыв ветра качнул люстру, и я открыла от удивления рот. Мои трусы висели на ней!

На негнущихся ногах я прошла в ванную. Я гинеколог – это раз. Я опытная женщина – это два. Я пойму, если у меня был секс.

Или нет?

Через пару минут я была уверена – был. Это не сон. Самым железным аргументом был засос на моей шее.

Глядя на него в зеркало ванной комнаты, я увидела, как по щекам текут слезы обиды. Во мне все раскололось надвое. С одной стороны, слова, что говорил Леон, до сих пор заставляли мое сердце стучать так, словно вместо него у меня барабан с энергичным африканцем. С другой – я готова была за это сделать из Леона дартс, кидая в него скальпели.

Через пять минут я уже мчалась к его палате. Влетела, чуть не сорвав дверь с петель, и уставилась на Леона под простыней. Аппараты были по-прежнему подключены, оборотень равномерно дышал с помощью маски.

Я подошла медленно, не веря своим глазам. Да, он был погружен в медикаментозный сон. Да, по всем показателям ночи он из него даже не выходил.

Я что, с ума схожу?

– Аль? – Тень появился как всегда бесшумно. – Ты что так рано? Думал, проспишь до полудня. Не переживай, я с него глаз не спускаю.

Я вскинула голову, глядя на наемника:

– Леон был тут всю ночь?

– А где же еще? – Тень хмыкнул, перевел взгляд на пациента и тут же клацнул зубами. – Пусть только попробовал бы шевельнуться в сторону двери.

Я взъерошила волосы, чувствуя полную растерянность. Все казалось таким реальным! И если горячность тела после ночи можно было списать на эротический сон, то как быть с засосом? Не сама же я его поставила?

Точно!

– Тень! – Похоже, прозвучало слишком требовательно, потому что наемник вдруг вытянулся по струнке.

– М-м-м?

– От меня пахнет сексом?

Тень подавился воздухом так, будто орех поперек горла встал. Грецкий.

– Альбин, ты… Это… – Наемник совершенно растерялся, хватая ртом воздух. – Домой же пошла! Кто-то приставал? Наш?

– Подожди! Не жужжи! – Я выставила руку вперед в останавливающем жесте. – Ответь сначала на вопрос.

– Прямая ты женщина. – Тень сдул челку со лба, потом выдохнул и посмотрел мне в глаза: – Нет, сексом от тебя не пахнет.

– А чем? Чем пахнет? – зацепилась я.

– Чем-чем. Тобой. Сильно. Душ тебе точно не помешает. Но не думай, я…

Я уже не слушала. Стало стыдно и больно. Особенно больно.

Какой же постыдный сон!

И, только стоя под струями душа, я поняла, что врач из меня сегодня аховый – я даже показатели пациента не проверила после такой сложной операции.