Читаем Алрик полностью

– Идем, не съем я тебя. – Алрик махнул головой в сторону входа. На губах улыбка, а у самого мышцы на шее выступили от напряжения, будто он прочитал мои мысли насчет лихой поездки на багажнике такси.

Не съест? Еще как съест! Если не он меня, так я его. Если не надкушу, то точно пооблизываю.

Ой, ну и гадости же в голову лезут рядом с ним. Нет, надо сматываться. По дороге сюда он ни словом, ни делом не показал, что знает о моем девичьем секрете, так что надо пользоваться возможностью разойтись миром.

– Да я же по делу приехал. Спешу!

– Я тебе должен. Не помнишь? – Алрик вдруг схватил меня за руку и потащил внутрь.

Я не помнила ни о каком долге, но разве он слушал? Потянул меня через фойе отеля, мимо стойки регистрации и прямо в… куда?

– Паб?

– А ты что думал? Что я тебя в номер потащу? – Алрик отпустил мое запястье, но вместо этого положил свою лапищу мне на плечо, приобнимая. Следующие его слова защекотали мне ухо: – Сначала ты должен оценить напитки моей родины.

– Сначала? А что потом? – вырвалось у меня, пришлось прикусить язык, чтобы не ляпнуть что-то еще.

Взгляд Алрика остановился на моих губах. Его рука не жала плечо, но почему-то создавалось ощущение, что если я попробую дернуться, то пальцы тут же сожмутся.

– Не ешь много копченостей, а то губы опять опухнут.

– Нестрашно. Я люблю пикантное.

Брови Алрика дернулись, взгляд переместился с губ, он посмотрел мне прямо в глаза.

– Если губы опять опухнут, потеряешь чувствительность.

– И что?

Зачем я это спросила? Ну зачем? И так мозги раком, потому что он близко, зачем я нарываюсь? Почему сердце радостно скачет от возможности быть рядом? Почему не думаю о сестре?

Да. Мира. Нужно думать о ней.

– Потому что если ты потеряешь чувствительность, то не сможешь насладиться сегодняшним вечером по полной.

Горячий шепот вызвал дрожь, и я влетела в паб, чувствуя, как горит лицо.

Предательница. Я чертова предательница! Мозги превращаются в кисель рядом с ним. Нужно срочно бежать, а то все, о чем я буду думать, это как затащить Алрика наверх.

Я забилась за столик в углу и, только когда оказалась зажата между стеной и волком, поняла, что допустила роковую ошибку. Нужно было сесть рядом с выходом, в кресло! Зачем я полезла в тихий укромный уголок на диван?

– Отличное место выбрал, Мишань! – Алрик сел и повернулся торсом ко мне, закрывая от всего мира. Руку положил на спинку дивана и будто захлопнул ловушку.

Нет, он смотрит на меня сейчас совершенно по-другому, не как на Мишаню. Сосредоточенно, напряженно, будто готов к любым уловкам. Будто загнал противника в угол и ждет, чтобы проверить, нет ли козырей у того в рукаве.

Чем дольше он на меня смотрел, тем глубже и чаще дышал, тем больше я нервничала. Его запах становился все насыщеннее, окружал меня со всех сторон, пьянил до жара в легких.

Официант подал воды в кувшине, и Алрик, не сводя с меня глаз, вдруг налил себе полную ладонь и выжидающе на меня посмотрел.

Что он хочет сделать?

Да тут до дружеской обстановки как до луны! Воздух разве что не трескается от напряжения. Запах волка все гуще. Алрик почему-то нервничает, но ничуть не меньше нервничаю я.

И тут вдруг он рукой с водой провел мне по шее. Зацепил пальцем часть накладного подбородка и содрал его одним махом. Парик слетел с меня – сама не уследила как, и волосы вырвались в разные стороны, частично закрывая лицо.

Я замерла, чувствуя, что не могу пошевелить и пальцем. В оцепенении ждала, сама не зная чего. Наверное, ответа на вопрос, почему он здесь. Почему раскрыл меня? Почему пришел за мной?

Мира рассказала ему и он хочет лично поговорить о моих чувствах к нему? Хочет расставить все точки над «и»?

Пальцы Алрика коснулись моего лба, отодвигая локон в сторону, и меня словно током ударило. Микроразряд прошил кожу, и я с опаской подняла взгляд на оборотня.

Мужские пальцы двигались по коже не торопясь, зацепляя края обманок-накладок. Алрик сдирал с меня личину Мишани с великой осторожностью. Снимал грим так бережно, словно джентльмен свадебное платье любимой в первую брачную ночь.

Сосредоточенная складка между бровей Алрика разглаживалась, его глаза то широко распахивались, то щурились, будто у ребенка, который открывал долгожданный подарок. Уголки губ подрагивали – мне чудилось, что оборотень очень хотел, но боялся улыбнуться.

Моя шея была с одной стороны мокрой от воды, и он большой ладонью растер влагу по всей ее поверхности, а потом провел вверх к щекам, жадно втягивая воздух. Кожа покрылась мурашками то ли от его дыхания, то ли от его близости. Тихий рык заставил сначала внутренне сжаться, а потом задрожать от предвкушения звериную часть меня. Этот рык был не предупреждающим, не злым, а едва сдерживаемым возбуждением – я чувствовала это животным чутьем. На секунду воздух завибрировал, как перед оборотом, но тут же все стихло.

Взгляд Алрика заскользил по моему лицу и волосам, с каждой секундой становясь все теплее.  Или мне так хотелось видеть? Нет, да у него буквально мед из глаз льется!

Что происходит? Так не смотрят на сестру истинной!