Обескураженный муж сел на пол и обиженно засопел, наблюдая за девчонками, которые пятой точкой кверху медленно продвигались на локтях, идя рядом, ноздря в ноздрю. Вскоре пушистое поле было перепахано тонкими девичьими пальчиками — дальше начинался паркет. Пристально оглядев непокрытую поверхность пола, расстроенные, они уселись рядом с Игорем. Зина вздохнула: «Доигрались. Лучше б отнесли Кречетову. Вот теперь попадёт: и улику частично потеряли, и следы опять стёрли».

— Танечка, Зиночка! Что за улики вы потеряли? Неужели не скажете? Ой! Что-то колется! — приподнялся Игорь, доставая из-под себя драгоценную крупинку.

— Милый! Любимый! Нашёл! — Татьяна попыталась забрать алмаз у мужа. — Какой ты молодец! Ну, просто принц на горошине!

Игорёк, отстранившись, повертел находку перед глазами, рассматривая на свет, и строго спросил:

— Откуда у тебя, Таня, камешки?

— Не мои, родной, не мои! Слышал? Это улика! Точнее вещественное доказательство, которое нам надо отнести в прокуратуру, — забрала она из рук мужа камешек.

— Ничего не понял! Почему вещественные доказательства? И откуда у вас алмазы?

— Да не заморачивайся, не загружай свою умную голову разными глупостями! Считай, что это мы с Зиной так развлекаемся, — упаковывая камешки в пакетик, говорила вкрадчивым голосом жена.

— Какие могут быть развлечения в прокуратуре? Ты себя хоть слышишь, Таня?! — возмутился мужчина. — Ты что, куда-то вляпалась? Расскажи мне всё! Тем более, ты очень странная в последнее время! Дома почти не бываешь! Максимкой не занимаешься!

Таня остолбенела: впервые муж назвал её так неласково Таней и впервые устроил разнос таким холодным тоном. Пришлось успокаивать рассерженного супруга, повиснув у него на шее и, преданно заглядывая в глаза, мило ворковать:

— Со мной всё в порядке, верь мне! Обещаю: потом я тебе всё-всё расскажу. А сейчас иди спокойно, ты совсем забыл про свои дела.

Игорёк взглянул на часы, вскрикнул, что опаздывает на встречу, и быстро покинул дом.

— Вот и готово! — разгладила ладонью пакетик Таня. — Что теперь предпримем?

— Отвезём в прокуратуру от греха подальше, — предложила Зина.

— Отвезём, а дальше что? Чего мы добьёмся? Думаешь, нам в благодарность расскажут в подробностях, как ведётся следствие?

— Не можем же мы их у себя оставить!

— Временно можем.

— Мы уже временно оставляли, и ты чуть руки не лишилась. Ладно, решай ты, как поступим. Или на сегодня приключений достаточно?

— Знаешь, тут мне в голову пришла идея. Нам надо обратиться к экстрасенсу, чтобы он нам описал убийцу и рассказал всё, как было.

— Знаешь, это хорошая идея, только теоретически. Я слышала, что все эти маги — мошенники, только деньги берут.

— И всё-таки надо попробовать. Вдруг нам повезёт, и мы попадём к настоящему предсказателю. Сейчас в газетах печатают много объявлений. Давай сейчас посмотрим вместе.

Таня вытащила пачку местных газет и поделила на две стопки. Девушки занялись просмотром объявлений, отмечая некоторые ручкой.

— Я уже нашла пятерых, — сообщила Таня. — А ты сколько?

— Трёх, — подняла голову Зина.

— Думаю, хватит. Давай свои газеты, сейчас решим, к кому поедем.

Татьяна сбегала в кухню за радиотелефоном и принялась обзванивать магов, ведунов, экстрасенсов разных мастей и калибров. Звучал один и тот же вопрос: «Вы можете определить по вещи, кому она принадлежит?». Таковых оказалось шесть человек. Договорившись с каждым о встрече, Таня распорядилась:

— Быстрый перекус, и едем к колдунам.

— Что за вещь ты хочешь им предъявить? — полюбопытствовала Зина.

— А кроме алмазов у нас ничего и нет!

— Да разве мы имеем право давать в чужие руки такую ценность? А вдруг они нам подменят? К тому же, что вполне вероятно, алмазы вовсе и не принадлежали преступнику!

— Ты что-то другое можешь предложить? Молчишь? Мы будем следить в четыре глаза, да и из рук выпускать пакетик не станем.

Глава 20

Наскоро поев, сыщицы отправились по первому адресу, который был ближе всего: в двух остановках. Сеансы магии проходили на втором этаже пятиэтажной хрущовки, похожей на дом, в котором жила Зина. Прошло несколько минут ожидания, прежде чем дверь открылась, и на пороге появилась грузная женщина лет шестидесяти пяти в засаленном халате и накинутом сверху цыганском платке.

— Это с вами я по телефону говорила? — спросила она, громко дыша, вероятно, страдая одышкой.

— Наверное, с нами, — переступив порог и оглядывая тесную прихожую, ответила Таня.

В комнате, куда пригласила ворожея, царил полумрак: плотные шторы были задёрнуты; в плошках на круглом столе, застеленном старой, местами вытертой, зелёной бархатной скатертью, горели свечи, по-видимому, только что зажжённые — ещё не успели начадить; со стен на присутствующих со скорбью и укором взирали лики святых. Хозяйка тяжело опустилась на стул, отдуваясь и покашливая, указала гостьям на места напротив.

— Что привело вас ко мне? — спросила она сиплым голосом, после каждого слова со свистом втягивая ртом воздух.

— У нас произошло некое событие, которое имело некоторые последствия, — туманно начала Таня. — Мы хотим вначале узнать, что произошло с нами.