Читаем Алмазные псы полностью

– Нет, – негромко признала Наки, понимая, что лгать бессмысленно, Вейр наверняка распознает любую ложь. – Но это не доказательство. Они ведь могли ее не узнать…

– А вы сами? Вы пытались погружаться?

– Корпус пловцов никогда бы мне не разрешил…

– Я спрашиваю о другом. Вы погружались?

– Однажды.

– И что случилось?

– Тот раз можно не считать. В том погружении Мина погибла. – Наки помедлила, а затем коротко пересказала Вейру события той ночи. – Спрайты, кстати, вели себя куда оживленнее, чем обычно. Мы списали это на совпадение…

– Думаю, вы ошибались.

Наки промолчала, сосредоточилась на управлении катером, предоставив Вейру возможность собраться с мыслями и как следует все обдумать. Перед катером расстилался открытый океан: куда ни правь, через несколько часов все равно наткнешься на жонглерский узел.

– Все началось с «Нечестивого пеликана», столетие назад, – заговорил Вейр. – На его борту был мужчина с Сиона. Когда звездолет сделал остановку в вашей системе, этот сионец спустился на поверхность Бирюзы и искупался в океане. Он вступил в контакт с жонглерами и сильно заинтересовался. Опыт второго купания был еще… познавательнее. А на третий раз океан его унес. Этот сионец – звали его, к слову, Ормазд – был конформалом, как и ваша сестра.

– Я о нем не слышала.

– Уверяю вас, на родной планете он успел прославиться. Этот Ормазд был тираном, он бежал, когда на Сионе началась революция. Сам он к власти пробивался обманом и насилием, не брезговал сжигать дома своих конкурентов вместе со всеми, кто находился внутри… Когда началось восстание, он с горсткой приближенных едва успел укрыться на борту «Пеликана» и покинуть Сион.

– Этот ваш Ормазд умер здесь?

– Он – да, а вот его приспешники уцелели и добрались до Хейвена, где принялись пересказывать эту историю на всех углах и вербовать новых сторонников. Не имело значения, что Ормазд погиб. Это даже оказалось к лучшему. Утверждали, что он через смерть обрел святость. Такую фигуру следовало почитать, и в итоге политическое движение преобразилось в религиозный культ. Фонд «Вахишта» – лишь прикрытие для секты ормаздистов.

Наки поразмыслила над всем этим, а затем спросила:

– При чем тут Амеша?

– Она дочь Ормазда. Хочет вернуть своего отца.

На горизонте сверкнула розоватая вспышка. Мгновение спустя полыхнула другая, примерно там же.

– Она хочет слиться с ним сознаниями?

– Не только, – ответил Вейр. – Хочет принять его, усвоить его нейронные структуры. Они все этого хотят. Им нужно, чтобы жонглеры имплантировали нейрослепок Ормазда всем последователям культа. Тогда все культисты станут как он. Известно, что этого можно добиться, если поднести подходящие дары. Я такого допустить не могу.

Наки замешкалась, подбирая слова, осознавая, что малейшая ошибка с ее стороны заставит Вейра разжать пальцы и уронить колбу в воду. Да, разок ей удалось ему помешать, но он наверняка не позволит подобному произойти снова. Ему достаточно пошевелить рукой, и отрава попадет в океан. И тогда конец. Погибнет все, что она знала с детства, все, ради чего жила.

– У них всего девятнадцать человек…

Вейр невесело рассмеялся:

– Боюсь, немного больше. Включите приемник, послушайте, что передают в новостях.

Наки послушно пробежала пальцами по панели управления катером. Засветился экранчик посреди панели, принимавший телевизионную картинку со спутника. Наки стала переключать каналы. Большинство не работало, вдобавок, по-видимому, вышла из строя официальная сеть Совета, личные сообщения не поступали. Впору заподозрить, что и со спутниками не все в порядке… Наконец ей удалось поймать слабые сигналы от ближайших городов. В этих передачах проскальзывало отчаяние, как будто люди опасались, что их вот-вот заставят умолкнуть.

Вейр устало кивнул – дескать, ничего другого он и не ожидал.

За последние шесть часов «Голос вечера» выпустил с десяток челноков, и на борту каждого обнаружились вооруженные культисты. Челноки атаковали крупнейшие города планеты и поселения на атоллах, требуя безоговорочного повиновения. Три города обрушились в океан, когда их вакуумные баки поразили лучевым оружием. Выживших не было. Прочие города пока держались, но во многих вспыхнули пожары. Экранчик показывал, как люди прыгают в воду, объятые пламенем, летят вниз огненными искрами. Некоторые города предпочли сдаться и теперь находились во власти культистов.

Из этих городов сигналов не поступало.

Вот и настал конец мира… К собственному изумлению, Наки не залилась слезами, не ощутила нутром – так, кажется, говорят? – неизбывную горечь утраты. Нет, в ней зрело отрицание, нежелание мириться со случившимся. Еще утром все было спокойно, неприятности доставлял один-единственный инопланетянин…

– Там, наверху, их десятки тысяч, – прибавил Вейр. – Мы с вами наблюдаем высадку передовых частей.

Рука неожиданно зачесалась ближе к локтю, и Наки потерла это место. Обгорела, что ли, на солнце?

– Моро замешан?

– Капитан Моро – марионетка. В полном смысле слова. Им управляли с орбиты, дистанционно. Культисты перебили ультра и захватили корабль…