Читаем Алкоголик полностью

Днем ему позвонила Лика. Оказалось, что у нее скопилась целая неделя отгулов, и теперь она интересовалась, нет ли у него каких-нибудь ценных мыслей по поводу того, каким образом лучше всего потратить эту свалившуюся с неба неделю свободы. "Лежи на диване и гляди в потолок", - хотел сказать Абзац, но сдержался: в его неприятностях Лику стоило винить в последнюю очередь. Плохо дело, подумал он. Я ведь понятия не имею, что ей сказать. Она ждет ответа, а я молчу как пень, хотя должен, по идее, бурно радоваться. А что я могу сказать? Прости, родная, но тут возникло одно маленькое затруднение: мне плюнули в морду, и я никак не могу отмыться. И вообще, сейчас тебе лучше не появляться рядом со мной, потому что за мной следят отморозки на красном джипе... Глотнуть бы сейчас - прямо из горлышка, чтобы разом продрало до печенок. Тогда нужные слова нашлись бы сами собой.

- Мне ужасно жаль, - сказал он после неприлично долгой паузы. - Это какое-то фатальное невезение. Представляешь, шеф посылает меня в командировку.

- Когда? - упавшим голосом спросила Лика.

- Прямо сейчас. Я уже на вокзале, поезд отправляется через четверть часа. Все вышло так неожиданно, что я даже не успел тебе позвонить. Как раз собирался, а тут ты сама...

- Действительно, неожиданно, - холодно сказала Лика. - Впервые слышу, что у тебя есть шеф.

- Я сам узнал об этом буквально вчера, - честно ответил Абзац. - Это очень длинная и запутанная история, в которой нет ничего интересного.

- Да? - В голосе Лики отчетливо слышались ледяные нотки. - А вот мне кажется, что это очень любопытно... Впрочем, тебе виднее.

Она сделала паузу, давая ему последнюю возможность что-то объяснить. Абзац молчал, стиснув зубы до звона в ушах.

- Ладно, - сказала она наконец. - Позвони, когда вернешься.

- Обязательно, - сказал Абзац. - Я тебя целую.

Она не ответила, в трубке зачастили короткие гудки. Шкабров достал сигарету и подошел к окну. Во дворе стоял красный джип, который с высоты восьмого этажа был похож на детскую игрушку. Абзац вяло порадовался тому, что не держит в доме оружия: сейчас он мог бы наделать глупостей, расплатиться за которые потом было бы тяжело.

Он заставил себя думать о Лике. Обычно она разгуливала по дому в прозрачном шелковом пеньюаре, с откупоренной бутылкой "Дом Периньон" в одной руке и зажженной сигаретой в другой. Когда они целовались, ее дыхание пахло шампанским и дорогим табаком, и этот запах сильно возбуждал его. Абзац закрыл глаза и представил ее всю, от макушки до кончиков пальцев на ногах. У него ничего не вышло: возникший образ был плоским и смазанным, как на скверной газетной фотографии. Все правильно. Так и будет, пока он снова не почувствует себя мужиком. А это вряд ли скоро произойдет. Лика может и не дождаться...

Он открыл глаза и посмотрел вниз. Джип стоял на месте. Абзац отошел от окна, повалился в кресло и сразу же вскочил, вспомнив, что именно в этом кресле вчера вечером сидел Хромой. "Идиот, - отругал он себя. - Что ты дергаешься? Чего ты хочешь - убить Хромого? Так пойди и убей, причин для этого предостаточно. Найти его будет несложно. Внизу, в джипе сидят двое. Заманить их в укромное местечко, одного шлепнуть сразу, чтобы не путался под ногами, а другому завинтить ствол в задний проход и вежливо спросить, как найти Хромого. Скажет как миленький, потому что знает, кто я такой и чем зарабатываю на жизнь. Потом.., ну да, потом его тоже придется застрелить. Потом охрана Хромого, потом сам Хромой... Трупов будет больше чем достаточно, чтобы смыть кровью любое оскорбление. Но тогда я перестану быть профессионалом и превращусь в обыкновенного палача. А это сильно повредит моей репутации..."

Он заметил, что стоит перед открытым баром, привычно шаря взглядом по шеренге бутылок, и упрямо тряхнул головой. Конечно, алкоголь - лучшее лекарство от всех скорбей, но он не решает проблем. Напротив, проблемы от этого только усугубляются, растут как снежный ком. Если ты намерен что-то решать, делать это нужно на трезвую голову. Но, черт подери, как это, оказывается, трудно!

Абзац захлопнул дверцу бара и включил магнитофон. Голоса из прошлого пели о человеке ниоткуда, который живет в небывалой стране. Шкабров сломал сигарету, горячий уголек упал на паркет, оставив на светлом лаке круглую черную подпалину. Голоса-призраки наполняли просторную - чересчур просторную! - квартиру, и под звуки этих голосов Абзац начал ощущать себя нереальным. Он сам был человеком ниоткуда, особенно теперь, когда запрещал себе прибегать к испытанному средству, которое всегда помогало ему примириться с реальностью.

К вечеру его добровольное заточение превратилось в настоящую пытку. Абзац переоделся, равнодушно бросив в угол мятый костюм, в котором целый день валялся то на кровати, то на диване в гостиной. Переложив в свежий пиджак сигареты и бумажник, он вышел из дому, напоследок слишком сильно грохнув дверью. Его так трясло, что он испугался: неужели это только потому, что за весь день он не выпил ни капли? Не может быть, он же не наркоман. Но что же это, если не ломка?!