– Можете ли вы, работая отсюда, организовать для меня интернет-контакты в этих городах?

Холиер кивнул:

– Обойдется недешево, но нам это под силу. Как много тебе надо их?

– Двести.

Холиер моргнул:

– Это шутка, да?

– Я не шучу. Как быстро вы можете справиться?

Холиер полез за сигаретами.

– Послушай, гарантий я не даю, но думаю, что за неделю, дней за десять справлюсь.

– Тебе нравится заниматься этим бизнесом?

– Конечно. И очень.

Коннор кивнул:

– О’кей. Проблема вот в чем. У меня нет десяти дней. У меня нет недели. Я учитываю фактор временных зон и все такое, но мне надо, чтобы все было в порядке и заработало через двадцать четыре часа.

– Все двести счетов? – в ужасе спросил Холиер.

– Все двести.

118

Лондон. Пятница, 9 декабря 1994 года

Монти в каком-то забытьи ехала к дому Уинстона Смита. Облик Губерта Уэнтуорта все время стоял у нее перед глазами.

Мимо грохотал поток машин. Автомобили, фургоны, грузовики. Обычное дело. Нормальная жизнь. Пятница. Ее окружала масса людей, жизни которых никак не касался «Бендикс Шер», людей, которые скоро отправятся домой, где их ждет начало уик-энда.

Но не ее отец, с горечью подумала она.

И не Губерт Уэнтуорт.

Она уже пыталась созвониться с Рорке, но от его секретарши узнала лишь, что он уже отбыл из офиса и проведет весь уик-энд в сельской местности. Где будет охотиться, стрелять по тарелочкам, ловить рыбу, смутно догадалась она. Что ж, а она займется тремя вещами, о которых постоянно думала. И если повезет, успеет обзавестись боеприпасами.

Второй этаж, вспомнила она, когда добралась до приземистого домика в районе Олбани-Корт, поднялась по решетчатым металлическим ступеням и по коридору прошла к номеру 27.

Ей надо как-то убедить миссис Смит открыть дверь, чтобы она могла ей все выложить. И может быть, как она надеялась, Уинстон Смит уже вернулся домой из больницы.

Она нажала кнопку звонка, и через несколько секунд за стеклом с морозными разводами мелькнула какая-то тень. Дверь приоткрылась на несколько дюймов и застыла. С посеревшего лица на нее смотрели усталые, опухшие и налитые кровью глаза. Ее как будто узнали, но слов приветствия она не услышала.

– Здравствуйте, миссис Смит, – встревоженно сказала Монти. – Я… как поживает Уин…

– Не хотите ли зайти? – В этой просьбе слышалась настойчивость, и Монти немедля вошла в маленький холл. Миссис Смит, опираясь на костыль, жестом пригласила ее пройти в гостиную.

Когда эта пожилая женщина снова заговорила, ее тихий голос подрагивал.

– Разве вы не слышали, мисс Баннерман? В понедельник мой муж скончался.

Монти была потрясена, она с трудом нашла нужные слова.

– Мне жаль, – сказала она. – Мне очень жаль.

Наступило неловкое молчание, которое нарушила женщина, недавно ставшая вдовой:

– Похороны прошли вчера. Присутствовали только члены семьи. Они его кремировали. Странно, потому что он всегда хотел погребения… а не так. Но доктор, который был при нем в последние часы, сказал, что Уинстон ясно дал понять – он передумал. И медсестра сказала то же самое.

Кремировали, с горечью подумала Монти. Конечно, в таком случае нет риска, что тело эксгумируют и проведут судебно-медицинское исследование. Без сомнения, это дело рук Кроу.

– Вскрытия не было?

– Нет, ничего не было. – Миссис Смит подошла к камину и взяла с него белый конверт. – Но Уинстон кое-что оставил именно для вас. А я не знала, как смогу это вам передать.

Монти, нахмурившись, приняла конверт:

– Спасибо.

Внутри был какой-то предмет – нечто плоское, твердое и тонкое; Монти подумала, стоит ли вскрыть конверт в присутствии этой осиротевшей женщины, или же это может расстроить ее. Она решила подождать, пока не покинет дом. Она видела, что миссис Смит изо всех сил старается держать себя в руках просто потому, что у нее гостья, и Монти понимала, что должна уходить, чтобы эта бедная женщина не испытывала такого напряжения.

Она молча обняла миссис Смит за плечи, и та без слов приняла ее жест утешения. Вдвоем они направились к входной двери, где строго и серьезно расстались.

В салоне арендованной машины Монти открыла таинственный конверт и извлекла сложенный лист белой бумаги.

В нее была завернута белая пластиковая карточка-пропуск с набором рисок для компьютера. По внешнему виду карточка была идентична той, что ей самой выдали в «Бендикс Шер». Ее сопровождала короткая записка без даты, написанная дрожащим почерком.