– А Медичи? – встрепенувшись, напомнил Уэнтуорт, у которого слух оказался острее, чем предполагала Монти. – Что такое «Досье Медичи»?

– Это кодовое название.

– Неприятная семейка эти Медичи, – медленно кивнул пожилой человек. – Но необходима полная уверенность. С железными доказательствами. – Он было поднес ко рту свою чашку и брезгливо поставил ее обратно. – Чай совершенно холодный. Остыл, – смущенно сказал он, глядя куда-то вниз.

Когда он снова поднял взгляд, глаза его были полны слез.

– Вы должны простить меня. Я… я не знаю, чего я ждал… но только не этого. Я не предполагал такого размаха. – Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. – Моя дочь. Это они с ней и сделали. Проводили эксперименты на моей Саре. – Он снова открыл глаза и уставился на Монти и Коннора с таким видом, словно старался припомнить, кто они такие. – Это слишком серьезно для моей газеты. Они не могут позволить себе риск судебного процесса с такой фирмой, как «Бендикс Шер». – Он вытащил из кармана большой синий носовой платок и высморкался. – Я уже переговорил на Флит-стрит. – Он поднял руку, чтобы успокоить собеседников, на лицах которых появилось выражение тревоги. – Не волнуйтесь; я всего лишь запустил пробный шар. Лишь когда мы будем готовы, вот тогда и выдадим первополосную сенсацию. Если сможем все доказать.

Коннор серьезно уставился на него:

– Если мы доверим вам дискету с копией наших материалов и спрячем у вас две капсулы «Матернокса», можете ли вы дать нам слово, что до нашего сигнала они будут лежать в сейфе в вашем здании?

– У вас будет больше чем просто мое слово, мистер Моллой. Я не смогу промолвить хоть слово об этой истории, пока не получу письменные распоряжения от вас, и я думаю, что редактору на Флит-стрит потребуются еще доказательства.

– Я склонен думать, что письменное свидетельство доктора Баннермана о содержимом данных капсул будет иметь определенный вес, – сказал Коннор.

– И очень большой, – согласился Уэнтуорт.

– Здесь, в Англии, я оставлю в юридической фирме письменное показание под присягой, – продолжил Коннор. – Парня зовут Боб Сторер из «Харботтл и Льюис»; я уже послал ему заказной почтой копию дискеты с «Досье Медичи» и должен дать ему указание – если со мной что-то случится, он свяжется с вами и вы получите доступ к информации.

В душе Монти ликовала, последние слова Коннора говорили о том, что Коннор наконец решительно поднял флаг на мачту и приколотил его. Теперь-то она знала, на чьей он стороне.

Через несколько минут Коннор и Монти покинули дом Уэнтуорта. Хозяин дома, получив дискету и две капсулы «Матернокса», заверил, что в издательском сейфе они будут в полной безопасности.

За дверью их встретили сгустившиеся сумерки, и, когда они двинулись по тротуару, Коннор на мгновение замедлил шаги и, похоже, напрягся. Он открыл дверцу «БМВ» со стороны пассажира, придержал ее для Монти и еле слышно сказал:

– Не оглядывайся. Просто быстро садись в машину. За нами следят.

75

– Сиди и смотри прямо перед собой, – сказал Коннор, отъезжая от дома Уэнтуорта и мягко набирая скорость.

Монти застыла на месте и лишь иногда поглядывала в боковое зеркало. Она не видела, чтобы за ними кто-то держался.

Коннор доехал до конца улицы, повернул налево, еще раз налево и двинулся по длинной улице частных особнячков. В конце ее он сделал один за другим еще два поворота, которые снова вывели их на улицу, где жил Уэнтуорт, но теперь в паре сотен ярдов от его дома. В дальнем конце ее задние габаритные огни исчезли в том самом направлении, куда они свернули не более минуты назад.

Коннор ехал по улице, обсаженной деревьями, рассматривая ряды машин, стоящих по обе стороны ее, как вдруг остановился ярдах в пятидесяти от дома журналиста. Он показал на проем, достаточно большой для одинокой машины:

– Видишь?

– Да, – сказала Монти.

– Когда мы приехали, все выглядело точно так же, но, когда выходили, тут стоял серый «форд» с водителем за рулем. А теперь снова пусто. Совпадение?

– Ты заметил, за нами кто-то следил, когда мы ехали сюда?

– Мы были совершенно одни… я очень внимательно смотрел за дорогой. – Он бросил взгляд на дом Уэнтуорта, посмотрел в свое зеркало и нахмурился.

– Как ты думаешь, может, его телефон прослушивался? – предположила она. – И таким образом они… или кто там был в машине… узнали, где мы находимся?

– Мне кажется, это как-то бессмысленно… если они знали, что мы здесь, чего ради приезжать сюда, а затем снова уезжать?

– Может, они подслушивали нашу встречу при помощи аппаратуры в том самом «форде»?

Коннор кивнул, и Монти в первый раз подумала, что заметила следы страха на его лице. Она стала лихорадочно припоминать, какие подробности они обсуждали и много ли из них поймет непосвященный человек, слушавший их.

– Если нас в самом деле слушали, то можно считать, мы проиграли, не так ли?

Коннор снялся с места:

– Давай надеяться, что ничего подобного не было, но для нашей же собственной безопасности будем предполагать самое худшее. – Он внимательно рассматривал дорогу впереди. – И теперь нам надо быстрее уезжать, как можно быстрее.