Читаем Алхимик полностью

Затем отец ногой в тапочке раздавил его на голых досках пола.

— Скорпион, — шепнул Дэниел, с трудом переводя дыхание.

— Что за чушь ты несешь, глупый маленький ребенок, — сказала мать.

— Это скорпион?

— Ничего подобного, это таракан. — Отец взял его двумя пальцами и поднес к лицу сына. Две из его ног содрогнулись и медленно расслабились; из лопнувшего живота тянулась какая-то оранжевая жидкость, и подрагивали усики.

— Это знак, — объявила его мать. Он смотрел на нее снизу вверх; она куталась в теплый ночной халат, ее мертвенно-бледное лицо лоснилось от крема, а взгляд был полон гнева. — Это знак от Бога, Которому известны все твои грязные мысли. — Она с силой ударила его по лицу. — Так ты думал о гнусностях?

Он в ужасе замотал головой. Мать снова ударила его.

— Ты лжешь! Сначала Бог послал тебе таракана, а за ним придут скорпионы. Ты должен покаяться! Каждый раз, как ты уходишь от покаяния, гнев Господа нашего возрастает.

Дэниел начал всхлипывать.

— Почему Бог так ужасно относится ко мне? — пробормотал он.

Мать в очередной раз, но еще сильнее ударила его.

— Нашего всемилостивого Отца, Который пребывает на Небесах, ты называешь ужасным? Да как ты осмелился?

— Я ненавижу Бога! — зарыдал он. — Я ненавижу Его! Я хочу убить Его!

Мать, завопив, вцепилась ему в волосы, плюнула в лицо и обрушила на него груду пощечин. Выбежав из комнаты, она вернулась с куском мыла, который попыталась засунуть ему в рот.

— Смой с языка свое богохульство! А то навечно отправишься в ад!

Отец бросил таракана в мусорную корзину.

— Покайся, сын, — сказал он, — пока не поздно.

Дэниел ничего не ответил.

Отец взял Библию с прикроватного столика и начал читать вслух:

— «…Головы у коней — как головы у львов, и изо рта их выходил огонь, дым и сера.

От этих трех язв, от огня, дыма и серы, выходящих изо рта их, умерла третья часть людей.

Ибо сила коней заключалась во рту их и в хвостах их; а хвосты их были подобны змеям и имели головы, и ими они вредили.

Прочие же люди, которые не умерли от этих язв, не раскаялись в делах рук своих, так чтобы не поклоняться бесам и золотым, серебряным, медным, каменным и деревянным идолам, которые не могут ни видеть, ни слышать, ни ходить.

И не раскаялись они в убийствах своих, ни в чародействах своих, ни в блудодеянии своем, ни в воровстве своем».

Затем его родители вышли из комнаты, прикрыв за собой дверь.

— Ты будешь спать при свете, чтобы Господь ясно видел тебя, а ты сможешь понять, что нет разницы, светло или темно. Он видит все.

И теперь Дэниел лежал неподвижно, глядя на голую электрическую лампочку в переплетении коричневых пятен на потолке, где однажды случилась протечка; на окна без занавесей, за которыми стояла непроглядная ночь; на распятие на стене справа от себя. Его жгла ненависть. Ненависть к Богу. Ненависть к Иисусу на кресте.

Он сосредоточился на мысли о распятии. Бог так любил мир, что отдал ради него Своего возлюбленного Сына, и каждый, кто уверует в Него, не погибнет, а обретет вечную жизнь.

Он посмотрел на обнаженного мужчину с распростертыми руками, согнутыми поджатыми ногами и опущенной головой. Затем подумал о себе, лежащем здесь, тоже с распростертыми руками. Как они походили друг на друга!

Бог позволил, чтобы Его сына распяли на кресте. Бог убил Своего единственного сына. Ради спасения человечества. Бог относился к Иисусу не лучше, чем к нему относились его собственные родители. В груди у него вскипел гнев, который обжигал его, как раскаленный горн. Он почувствовал, как его обдает жаром. Он начал ощущать, как в его тело вливается какая-то странная энергия. Чувство силы и мощи, которое возникло внизу живота, разлилось в груди, наполнило руки и ноги. Его взгляд оставался прикованным к распятию, и теперь он видел его так ясно, словно оно было не в двенадцати футах на другой стене комнаты, а в нескольких дюймах от его лица.

Теперь он видел мучения распятого. Сведенные мускулы, скрюченные пальцы, ноги, умирающие, как конечности таракана. Распятие начало содрогаться. Сначала несколько легких колебаний, а затем их становилось все больше и больше. Усилием воли Дэниел приказал колебаниям усилиться. Еще сильнее!

Внезапно, без предупреждения, распятие рухнуло со стены на пол с громким треском, словно пистолетный выстрел.

Дэниел увидел две маленькие дырки в стене от выпавших гвоздей и свежую краску в форме креста, под которым охряная стена не успела выцвести.

Наконец он ухмыльнулся.

Он смог это сделать. Он смог одним лишь усилием мысли заставить распятие свалиться со стены! Его глаза упали на Библию на столе рядом с ним. Он сконцентрировал взгляд на ней. «Вспыхни пламенем, — подумал он. — Давай же, гори!»

Он еще отчаяннее уперся в нее взглядом, изгнав из головы все посторонние мысли, собрал все силы, всю свою властность и довел их до предела. Собраться. Собраться. Гори же, черт бы тебя побрал, жуткая, ужасная книга.

ГОРИ!!!!!