Читаем Альянс Нерушимый полностью

— А дальше, — сказал я, — нам следовало бы поговорить серьезно, а не вот так, на ногах, но спускаться к вам в низы я не имею желания, поэтому вместо того вы, я и ее замороженное императорское высочество поднимемся ко мне на флагманский линкор «Неумолимый» и будем беседовать уже там в моих апартаментах. Ведь последние сведения, которые я имею о вашем мире, устарели где-то на восемьдесят лет, и прежде, чем я приму хоть какие-то решения, за исключением вашего регентства, мне необходимо получить от вас свежую информацию. И с великой княжны Ольги Владимировны там, наверху, можно будет безопасно снять стасис, чтобы посмотреть на ее реакцию в ситуации, когда она никому не сможет сказать «фас». Одним словом, наша совместная работа только начинается, и горе тем, кто попытается ставить нам палки в колеса.

Генерал вздохнул и спросил:

— Господин Специальный Исполнительный Агент, скажите, что будет с моими людьми, «замороженными» Вашей волей?

— Они свободны, — ответил я, еще раз щелкнув пальцами, после чего застывшие ранее фигуры пришли в движение. — Прикажите им вернуться к текущим делам и не обращать на происходящее внимания, потому что иначе мне придется рассердиться всерьез, чего совсем не хочется.

Генерал Маринин так и сделал. Потом две дюжие остроухие подхватили под локотки легкое замороженное чучелко цесаревны, а уже за ними проследовали мы двое. Долгая и достаточно нудная работа над этим миром началась, а ведь я до сих пор так и не выяснил, с какого бодуна это частное объединение кланов темных эйджел вдруг с такой яростью накинулось на планету-прародительницу.

Мир «Слепого Тумана» 13 июля 2022 года, 16:35 мск. Околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

С генералом Марининым мы поговорили очень хорошо. Есть у вышколенных служак такое свойство, что осознав свое место в иерархии подчинения, в разговоре с вышестоящими они становятся вменяемыми и вполне предсказуемыми, не то, что некоторые недовоспитанные принцессы. Выражений «чего изволите» мне было не надо, зато конкретный деловой разговор о том, что и откуда взялось, был весьма полезен.

Во-первых, выяснилось, что перехват челнока ловцов пеонов действительно имел место где-то за десять лет до нынешнего момента, но захваченных тогда пилотов-эйджел и горхинь из наземной команды уже давно нет в живых. Поступили с ними тогда не как с военнопленными или даже с арестованными преступниками, а как с попавшими в ловушку дикими животными, выпотрошили, якобы с научной целью, и выставили чучела на всеобщее обозрение в Кунсткамере как биологический курьез.

Конечно, в диких темных эйджел: хвостатых, голых, грязных и вонючих, очень трудно сразу признать разумных существ и таких же людей, как и белые образованные господа в деловых костюмах, однако любой другой путь ведет человечество во тьму внешнюю. Интересно было бы почитать отчеты научной комиссии, занимавшейся схваченными ловцами, причем не по существу (его я и так знаю прекрасно), а по стилистике и использованным выражениям. Но, к сожалению, архивы так же обратились в дым вместе с правящим семейством и прочей верхушкой российской административно-командной вертикали.

Впрочем это был единственный симптом внутреннего неблагополучия, другие малые и отсталые народы, как на территории Российской империи так и за пределами ее границ уничижительного и презрительного отношения к себе не испытывают. От этого их охраняют суровые законы о запрете всяческих сословных, межнациональных и межрелигиозных поношений и унижений между людьми, изданные еще во времена императрицы Ольги Александровны. Мол, каждый человек должен рассматриваться индивидуально, в разрезе своих собственных достоинств и недостатков, и никак иначе. Но эйджел и горхинь эти законы не защитили, потому что они имели внеземное происхождение, а, следовательно, в глазах образованной публики не являлись людьми. Для того, чтобы утверждать обратное необходимо иметь императорский потенциал первого ранга, а не диплом биологического факультета Санкт-Петербургского университета.