Читаем Альянс Нерушимый полностью

Однако все оказалось гораздо проще и интереснее любых домыслов и вымыслов. Когда нашу делегацию собрали почему-то не в аэропорту или на железнодорожном вокзале, а на одной из загородных дач, осенний воздух перед нами заколебался и открылся аккуратными такими миниатюрными Вратами второго типа, способными пропустить через себя за раз одного человека, не более. По ту сторону этих Врат обнаружилась коротко стриженная подтянутая женщина-брюнетка в черном облегающем мундире с советскими петлицами старшего лейтенанта, к поясу которого был пристегнут старинный изогнутый меч в потертых ножнах. К этой суровой даме больше всего подходило определение «валькирия». Но самое интересное заключалось не в этой брутальной особе, а в лежащей позади нее жаркой тропической стране, точнее, в явно старинном городе в каком-то древнекитайском стиле. Тогда я наобум подумала, что это, вероятно, Индия, а может быть, и Кения…

— Проходите, товарищи, не задерживайтесь, — низким голосом сказала нам «валькирия», — меня зовут Ника Зайко, для своих Кобра, я ваш гид по нашей епархии на все то время, пока Батя, то есть товарищ Серегин, разбирается с разными негодяями.

Пал Палыч Одинцов, видимо, заранее осведомленный о местных порядках, смерил встречающую внимательным взглядом, и, удовлетворенный увиденным, сказал:

— И в самом деле, товарищи, проходим, не задерживаемся. Все самое интересное у нас еще впереди.

Мы гуськом, как прилежные школьники, проследовали через эти миниатюрные Врата. Воздух на другой стороне опалил меня невероятным зноем. Мне показалось, что я попала в сауну, и в то же время мои ноздри втянули ароматы мирры и ладана. Пока я, хватая ртом раскаленный воздух, оглядывалась по сторонам, к нам присоединись мой Коля, секретарша Дарья и сам товарищ Одинцов, после чего товарищ Зайко щелкнула пальцами, и проем Врат закрылся. Пути назад, из этого раскаленного ада, больше не было. И тут мой взгляд упал не небольшой питьевой фонтанчик, будто нарочно установленный здесь, чтобы изнывающие от жажды путники могли освежиться глотком ледяной воды.

— Правильно мыслите, товарищ Максимова, — с иронической усмешкой произнесла Ника Зайко. — Подходите к этому фонтанчику по одному и, не касаясь струи руками, одними губами делайте по три глотка.

— И что будет? — спросила я.

— Увидишь, — хмыкнула женщина в черном. — Однако должна заверить, что ничего плохого вам здесь не грозит. Вы тут среди своих.

Я решительно отодвинула Колю в сторону, подошла к фонтанчику и, склонившись над ним, точно по инструкции сделала три глотка. Вода была такой ледяной, что от нее заломило зубы, и тут же по всему моему телу вместе с ощущением бодрости разлилась восхитительная прохлада. Местная жара больше не имела надо мной власти. Это было великолепно.

— Да, товарищи, — сказала я, — из этого фонтанчика пить можно и нужно. Чувство зноя снимает как рукой.

— Правильно, — подтвердила Ника Зайко, — ведь это Источник Прохлады, и три глотка из него дарят вам персональное заклинание Кондиционирования, которое будет действовать все то время, пока вы являетесь гостями этого места.

После этого заявления все члены нашей делегации пожелали как можно скорее отпить чудесной воды, однако даму, то есть секретаршу Дашу, наши мужчины галантно пропустили вперед. Ведь мы же цивилизованные люди, а не какие-нибудь там еврогейцы.

Последним, соблюдая достоинство, пил товарищ Одинцов. Выпрямившись, он перевел дух и спросил:

— Где мы, товарищ Кобра?

Вот эта вот «товарищ Кобра» резануло мой слух не хуже, чем железом по стеклу. Ведь это имя, точнее, позывной, только для своих. Впрочем, встречающая нас женщина повела себя будто так и надо.

— Мы в проклятом мире Содома, товарищи, — обыденным тоном произнесла она. — Именно сюда, на индийский субконтинент мезозойской эры, в незапамятные времена Всемогущий Господь сослал до предела грешных обитателей Содома и Гоморры. Но, оказавшись в изоляции от остального человечества, эти ссыльнопоселенцы не исправились, а только приумножили свои грехи…

— Мезозойской эры? — ошарашенно переспросила я, оглядываясь по сторонам в поисках притаившегося в кустах тираннозавра.

— Никакой опасности тут нет и быть не может, — заверила нас хозяйка этого места. — Прежде чем заселить сюда грешников, Отец Небесный вычистил этот субконтинент от всех хищников крупнее двадцати килограмм. На низменном океанском побережье, правда, очень жарко и влажно, а в воздухе имеется не смертельное, но весьма неприятно повышенное содержание углекислого газа, однако тут, на высокогорной равнине, климат вполне приемлем для обычного человека, даже без акклиматизации.

— А что, тут есть и необычные люди? — с интересом спросил товарищ Одинцов.