Читаем Алгоритм любви полностью

Девушка призналась, что сексуальные отношения они начинали каждый раз, когда, казалось бы, все было решено, и любовь никуда не денется. Но радость резко сменялась взаимными упреками, сомнениями и раздражением.

«Что делать?» — этот вопрос очень ярко выражали ее взгляд и слова.

Как–то мы разговаривали с женщиной, которая всячески защищала сожительство, потому что якобы только в этом случае можно получать максимальное удовольствие от сексуальных отношений. Но при этом ее мечтой остается семейный уют, один–единственный любимый и любящий мужчина и дети. Ее больно задевает тот факт, что ни один из ее так называемых гражданских мужей не желал иметь от нее детей, хотя все были от нее без ума. Почему? Да потому что для каждого из них она была просто яркой и временной вспышкой. Она играла своей сексуальностью. А мужчины играли ею. От женщины, разбрасывающейся своим телом, мужчины детей не хотят.

В глазах этой женщины — такой же вопрос: Что делать?

Одна женщина по имени Галина заявила в свое оправдание: «Мы с мужем никогда себя сожителями не называем! Всегда мы называем друг друга «муж» и «жена».

— Но ведь вы можете называть себя и королевой Елизаветой, а его — Бароном Мюнхгаузеном.

Истина в том и заключается, что название автоматически не влечет за собой сущность. В жизни все происходит как раз наоборот. Ты сначала стань кем–то, а потом тебя таким и назовут!

Сначала сожительские отношения кажутся романтическими и восхитительными, не связанными никакими «бюрократическими условностями» и «пережитками прошлого», как сегодня часто называют регистрацию в ЗАГСе и взятие на себя всех ОБЯЗАТЕЛЬСТВ. Но потом эйфория куда–то улетучивается, и всплывает вопрос: «А мы друг другу — кто?» «Мы разве чем–то друг другу обязаны?»

Что касается Галины, она все–таки открыла глаза на реальность, на собственное состояние неопределенности, хроническую тревогу:

Придет он сегодня ночевать, или нет?

А может опять пойдет домой, к маме?

В ее жизни присутствовали все симптомы «синдрома сожительства»:

Неоднократные аборты, чувство вины за причинение неимоверных страданий собственным неродившимся, ни в чем не повинным детям. Причем это чувство вины женщина несет в одиночку, потому что «как бы муж» не считает себя причастным. Нежелание «как бы мужа» быть подотчетным ни в том, что он собирается делать или куда пойти, ни в том, сколько денег даст на собственное содержание и содержание их общего ребенка.