Читаем Алгорифма полностью

Прослыть. Таков вещей список обычныхКоторый меня сделал знаменитым,Не знаю почему, среди набычныхГоспод (красная тряпка что магнит им!),Прославив, как того тореадора.Я, впрочем, никогда не писал вздора…

ИСТИННЫЕ

1

Истинен тот, возделывает ктоСвой сад по выражению Вольтера.Не всякая, Мир, женщина гетера,Хотя на ней и модное пальто.И под пальто всё модное… А что?Не прятать красоту требует эраДенницы! Это, жертва адюльтера,Тебе вознаграждение за то,Что гордо, как олень, носил рога ты.Красивых жён крадут те, кто богаты,А ты был нищ и выполнял свой долгКак на войне солдат. Те, кто деньгаты,Евангельской морали ренегаты.«Зачем жить бедно?» — Взять не могут в толк.

2

Истинен тот, кто вежливо признатьОтказывается, что в мире этомЕсть музыка, и нужно быть поэтом,Её чтоб в звуках ночи обознать.Но есть и у евреев своя знать…Песчезну обозвать «пескоструэтом!»Ну-ка, открой, эвоэ-эвоэ, том«Словаря мифов», дабы опознатьСебя в статьях «Дионис», сиречь, «Бахус».Новым вином Диониса пропах ус,Который, кстати, рус, хоть уже сед.Пить новое вино и утром можно.Познанию себя оно вспоможноИ для с красивой женщиной бесед!

3

Истинен тот, кто с явным удовольствиемПроисхожденье слова открываетИ радости при этом не скрывает,Но хвастаться бежит с лица довольствием.Поэт, живя без денег, продовольствиемБеспечно не запасшись, уповаетНа Бога и без пищи проживаетБез двух дней месяц, но свободовольствиемНе жертвует — вот что «литература»Таит в себе как аббревиатура,И буквой предречённое сбывается,И рифмой. Слово — это партитура,Но чтоб её прочесть, нужна культура…Еврейский князь где со свету сживается?

4

Истинны двое служащих на ЮгеВ кафе фигуры двигающих шахмат,Но — молча… А на севере в ушах матВ трактире, где ты водку пьёшь от вьюги,Стоит твой, поколенье кали-юги…Слова совсем другие, а не «шах», «мат»!Боксёрский весь в засохших чей мышах матИ в анус не суёшь ли ты хуюги?Истинны двое юношей, в подвалеИграющих, хотя и стопку через,— Мир! Прекрати же пьянствовать, брось херес! —Не в карты — тоже в шахматы. Едва лиПортвейну водку предпочтёт южанинИ спирт — мадере, аки катаржанин.

5

Истинен керамист, который формуИ цвет сосуда предопределяет.Тогда власть примеряет униформу,Когда суд власти хвостиком виляет.В какой ещё стране без хлороформуЗуб мудрости садистка удаляетСорок минут? Я тоже за реформу,Но ту, что оптимизм в людей вселяет.Русский язык — вот соблюли проформу! —Перекладают мовой. ЗабавляетДурак у власти. Архетип преформу,
Перейти на страницу:

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия