Читаем Альфред Нобель полностью

Сначала Нобель смешивал одну часть кизельгура с тремя частями нитроглицерина. В результате этого он получал массу, которую можно было сразу поместить в трубочки из вощёного картона, и динамит был готов к употреблению. Эта масса, в отличие от нитроглицерина, была абсолютно нечувствительна к ударам и резким перепадам температуры. Её было легко перевозить. Появился лишь один недостаток: её взрывная сила составляла лишь 25 % от взрывной силы нитроглицерина. Впрочем, порох по-прежнему не мог конкурировать с изобретением Нобеля, так как динамит был мощнее его в пять раз. А этого было больше чем достаточно.

Своё новое изобретение Нобель назвал динамитом (от греч. dynamis — сила). Выступая на одной конференции перед аудиторией профессионалов, он заявил: «Новое взрывчатое вещество, которое я назвал динамитом, есть не что иное, как соединение нитроглицерина с очень пористым кремнезёмом. Давая ему такое имя, я не пытался скрыть его природу. Я сделал это только для того, чтобы привлечь ваше внимание к его взрывным качествам, изменившимся настолько, что потребовалось новое название».

А многие действительно подозревали, что при помощи нового названия, а также заявлений вроде приведённого выше Нобель пытался скрыть истинную природу состава и продать нитроглицерин там, где он был запрещен.

И в конце концов простые потребители не приняли динамит (в отличие от большинства специалистов, учёных и инженеров). Их склонное к подозрительности реакционное сознание говорило им, что динамит — это лишь «разбавленный» нитроглицерин, ухудшенный для того, чтобы вытянуть из них побольше денег. С их точки зрения, Нобель напоминал молочника, который разбавляет молоко ради извлечения большей выгоды.

Шахты категорически отказывались использовать динамит, что очень обрадовало производителей пороха. Но радость их была недолгой. Динамит победил: его рекламные испытания на немецких шахтах закончились тем, что его потенциальные покупатели были окончательно убеждены в его превосходных качествах. 7 мая 1876 года динамит был запатентован в Англии, 19 сентября — в Швеции. В первый год Нобель произвёл и продал 11 тонн нового продукта, а уже семью годами позже уровень продаж поднялся до 3 тысяч тонн.

Превосходные качества динамита день ото дня становились всё более и более очевидными. С помощью динамита прокладывали туннели, строили каналы. Стали даже производить подводные взрывы, что раньше вообще представлялось невозможным.

И Альфред Нобель снова превратился в коммивояжёра. Он должен был убеждать правительства разных стран, терпеливо объяснять, что динамит гораздо безопаснее нитроглицерина. И он ждал, когда снимут запреты и отменят декреты, которые препятствовали распространению динамита и, естественно, мешали развитию дела Нобеля.

Динамит использовался на многих великих стройках того времени, например, на строительстве Сен-Готардского туннеля (1872–1873). Кстати говоря, Нобель, не переносивший официальных приёмов, был всё-таки очень оскорблен тем, что его не пригласили на открытие этого туннеля. Он видел в этом недостаточное признание его заслуг. «Динамит, — писал он, — позволил быстрее закончить строительство и сэкономил миллионы — и никакого интереса ко мне даже после всего того, что говорится. Это самое настоящее забвение, так как только самый бескультурный и ленивый человек мог не прислать мне приглашения на церемонию».

Динамит облегчил также строительство Коринфского канала (1881–1893) и разрушение огромных скал, окружавших Ист-Ривер в Хельгейте, что рядом с Нью-Йорком (1876–1895).

Награда.

Смятение телеграфиста

Старый Эммануэль мог совершенно обоснованно гордиться своим сыном. Он отлично видел, что некоторые его идеи касательно взрывчатых веществ восторжествовали. В 1868 году Шведская Академия наук вручила ему и его сыну Альфреду премию, ежегодно присуждавшуюся «за достижения в области искусства, литературы или наук и за важные открытия, принесшие пользу человечеству». Отцу ставилось в заслугу «расширение использования нитроглицерина как взрывчатого вещества», а сын получил свою медаль «за изобретение динамита».

То, что Эммануэль, всю жизнь занимавшийся производством оружия, был награжден «за важное открытие, принесшее пользу человечеству», может ввергнуть нас в замешательство. Та же двусмысленность будет свойственна и Нобелевской премии. Поэтому, пожалуй, премию Шведской Академии наук следует считать её предшественницей.