Читаем Александр I полностью

Новая религиозная ориентация Александра сама по себе не благоприятствовала деятельности православной церкви, которая в результате замены Синода новым министерством потеряла часть своего влияния. Еще до того как взойти на престол, Александр демонстрировал свои западнические взгляды другу Чарторыскому, делая язвительные замечания о неспособности русских понять его идеи и рассказывая о своей мечте жить в счастливой пасторальной идиллии на берегу Рейна или в Швейцарии. В религиозных делах он проявлял ту же тягу к иностранцам, будь то квакеры, протестанты или такие организации, как Библейское общество. Двойное министерство ведало делами не только православной церкви, но и всех религиозных конфессий, объединяя в одном министерстве четыре департамента: Русскую православную церковь и староверов, римский католицизм, протестантскую церковь, секты и нехристиан. Такое положение вещей не только отменяло превосходство в империи православной веры над остальными, но, формально связывая православие со староверами, бросало вызов его положению в государстве в качестве официальной веры и единственно истинной религии. Новизна такого подхода, по-видимому, установившегося по инициативе Александра, вызвала следующий комментарий одного историка: «После того, как Двойное министерство было упразднено в 1824 году, подобное устройство было организовано вновь лишь в 1965 году, когда Советское правительство создало Совет по делам религии»^[230].

Судьба староверов (тех, кто отвергал нововведения православной церкви в церковные обряды в середине XVII века) была достаточно переменчива. При царствовании Екатерины II к ним стали относиться с большей терпимостью. Александра это вполне устраивало, но в 1816 году в общине Феодосии разгорелся спор по вопросу женитьбы. Внутренние разногласия в общине привлекли внимание гражданских властей, а к весне 1820 года заинтересовали самого Александра. В результате им был создан, как обычно, тайно, специальный комитет для рассмотрения дел староверов. Комитет получал отчеты о так называемой бесчестной деятельности нескольких староверских общин. Два члена этого комитета, Михаил Десницкий (митрополит Новгорода и Санкт-Петербурга) и Филарет Дроздов (епископ Твери) осуждали их деятельность и призывали Александра принять какие-то меры. В результате их давления комитет принял решение ограничить участие староверов в местном правлении. Комитет был также вовлечен в управление делами староверских общин. Таким образом, внутренние разногласия в староверских общинах привели к восстановлению тайного комитета по делам староверов, от которого Екатерина II предусмотрительно отказалась в 1763 году. Забавно, что это произошло при Александре, который публично заявлял о своей веротерпимости. К несчастью, злополучный спор разгорелся в 1820 году, когда Александр начал подозревать любого, кто как-либо протестовал, в неподчинении закону. Он писал в январе 1820 года: «К нашему удивлению, это общество отказывается от мирных правил», имея в виду людей, «не признающих авторитеты, не уважающих закон, имеющих искаженное представление о женитьбе и так далее»^[231].

Александр не продвинулся дальше и в решении вопроса экономического и социального статуса евреев в России. В апреле 1817 года он основал Общество израильских христиан, которое оказывало финансовую помощь евреям, желающим принять христианство. Хотя официально политика терпимости продолжалась, в этот период делалось меньше попыток приспособить евреев к русской социальной системе. После неурожая в Белоруссии в 1821 году местные помещики обвинили евреев в ограблении крестьян. Александр создал новый комитет для разработки нового закона взамен прежнего, изданного в 1804 году. Прямым следствием этого было насильственное переселение евреев в Белоруссии из деревни в город, что привело к миграции 20 000 человек.

Хотя новое Двойное министерство состояло из двух отделов, один из которых ведал религиозными делами, а другой — делами образования, тесная связь религии и образования уводила от реформ, начатых в первые годы правления Александра. Екатерина II организовала светские школы, учителя в которых не должны были быть священниками (хотя это не всегда выполнялось). Александр последовал этой традиции во время образовательных реформ в начале своего правления. Программы в школах и новых университетах были преимущественно светскими. Положение образовательных и религиозных дел характеризовалось хотя бы тем, что глава Департамента образования В. М. Попов являлся также одним из секретарей Библейского общества.

Александр надеялся, что образование будет процветать под управлением Двойного министерства. Кочубей поддерживал эту надежду: