Читаем Аланна полностью

— Никто не просил тебя мириться с этим.

— Неправильно, — ответил он. — Твоя мама просила, потому что сказала, что отшлепает тебя, если ты будешь огрызаться на другого человека во время лечения.

— Я бы не огрызалась на людей, если бы они не делали глупостей.

— Ты довела Алека до слез, когда накричала на него.

— Он сам довел себя до слез, — нахмурилась я. — Кто додумался, что шоколад — хороший подарок для того, кто, бл*дь, не может есть?

— У него были добрые намерения, — ответил Дэмиен. — Теперь он не вернется сюда, пока ты не принесешь ему официальные извинения, написанные от руки.

— В таком случае ему придется ждать, пока ад не замерзнет.

Дэмиен глубоко вздохнул.

— Я хочу чашечку чая, Дэмиен, — заявила я. — Я бы не была такой ворчливой, если бы ты просто дал мне то, чего я хочу.

— Тебе нельзя пить горячее, пока швы полностью не рассосутся, и рана не заживет, так что никакого чая.

— Ты настоящий засранец. Надеюсь, ты это знаешь. Вот почему у нас не было секса уже целую неделю.

— Господи, — раздался голос из коридора. — Я просто зайду в другой раз. Она говорит как… как старая Брона.

Я замерла.

— Это Гэвин Коллинз?

— Нет, — ответил Гэвин из коридора. — Это не я.

Дэмиен фыркнул.

— Это он, и он пришел навестить тебя, так что вставай.

— Или что?

— Или я заставлю тебя встать.

Я не пошевелилась, и когда Дэмиен стянул с меня одеяло, я раздраженно села.

— Я встала, — отрезала я.

Он окинул меня взглядом.

— Тебе нужно принять душ.

— Тебе нужно отвалить, — парировала я. — Мое лицо убивает меня.

— Вставай, — приказал он. — Мне нужно сменить простыни.

Я закатила глаза, закрыла лицо руками и застонала. Я была раздражительным монстром и знала это, но меня раздражала каждая мелочь, которую делал Дэмиен. Меня раздражала каждая мелочь, которую делали все остальные. Друзья и родители перестали приходить ко мне три дня назад. Моя собственная мать отказывается навещать меня, пока я не перестану вести себя так. Чашка чая помогла бы мне почувствовать себя намного лучше, но Дэмиен отказал мне в этом. Прошло семь долгих дней с тех пор, как я в последний раз пила чай, и у меня сильная ломка. Это и стало причиной моего грубого поведения.

— Я тебя терпеть не могу, — сказала я Дэмиену. — Вообще.

Он шлепнул меня по заднице, когда я встала и прошла мимо него.

— Я в пяти секундах от того, чтобы выбросить тебя в чертово окно, милая.

— Ха! Ты недостаточно силен, чтобы поднять меня и выбросить в окно… Ты не Нико.

Я знала, что задену его этим за живое, и, судя по взгляду, который Дэмиен бросил в мою сторону, я поняла, что он отомстит мне за это в той или иной форме. Я вышла из комнаты и, увидев Гэвина в коридоре, нахмурилась.

— И тебе привет, Аланна.

Я проигнорировала его, прислонившись плечом к стене.

— Это не ты плеснула водой в лицо другой беременной женщине?

— Да, — солгала я. — Это моя фишка. Я охочусь на слабых и уязвимых.

Гэвин фыркнул.

— Я скучаю по тебе.

— Не позволяй карлику услышать, как ты это говоришь, — проворчала я. — Она сдерет с меня шкуру живьем.

— Аланна, — вздохнул Гэвин. — Калин не ненавидит…

— Да, — перебила я его. — Ненавидит.

— Любой, у кого есть глаза, это видит; она ненавидит то, что мы друзья. Ей все равно, что ты дружишь с Броной, только меня. Мне все равно. Мне не нужно, чтобы она была моей подругой. Она демон размером с хоббита.

Я откровенно игнорировала тот факт, что мы одного роста, как и Гэвин.

— Мне нужно, чтобы ты стала ее подругой, — настаивал он. — Я люблю тебя, Аланна, и хочу, чтобы ты была рядом с моим сыном, но Калин этого не допустит, если вы продолжите… какую бы вражду вы ни вели.

— Вражда? — Повторила я, широко раскрыв глаза. — Гэвин, она смотрит на меня исподлобья, когда мы с тобой обнимаемся или разговариваем друг с другом. Как ты можешь не видеть, что у нее проблемы со мной? Я бы никогда, ни за что не стала относиться к человеку так, как она относится ко мне. Я милая, а она делает меня нехорошей, что противоречит всему, что я собой представляю как личность! Я даже хорошо отношусь к Мике Дейли, когда вижу ее, а она — дьявол!

Плечи Гэвина опустились, и я поняла, что он согласен со мной.

— Я убеждена, что она думает, что мы втайне нравимся друг другу, что очень глупо, потому что любой, у кого есть глаза, может увидеть, как сильно я люблю того раздражительного засранца в спальне.

— Ты такая милая, детка.

— Укуси меня!

— Я сделаю это позже.

Я нахмурилась и перевела взгляд на развеселившегося Гэвина.

— Слушай, — сказал он, выпрямляясь. — Я иду к ней домой, чтобы поговорить об этом раз и навсегда, потому что я хочу, чтобы вы подружились до того, как родится мой ребенок.

Я не шевелилась.

— Я буду здесь, если она захочет поговорить со мной, — сказала я. — Я выгляжу как задница собаки, так что я не выйду из этой квартиры.

Гэвин нахмурился.

— Медвежонок, ты не…

— Не трать зря время, — крикнул Дэмиен из спальни. — Она оскорбит тебя, если ты сделаешь ей комплимент или будешь любезен любым возможным способом. Поверь мне, приятель.

Я бросила взгляд через плечо, но ничего не сказала и повернулась к Гэвину, который тихо посмеивался.

— Я вернусь позже.