Читаем Аквитанки полностью

Засуетились, разбивая шатры, невольники. Они сноровисто собирали из кольев деревянный каркас шатра, покрывали его черной шерстяной материей, устраивали внутри.

Для наложницы шейха рядом установили шатер поменьше. И очень кстати.

Жаккетту, когда она слезла с верблюда, покачивало и потряхивало.

Она забралась в свое новое жилище и растянулась на ложе. Все тело с непривычки ныло.

В шатер неслышно просочился Абдулла:

– Тебе плохо? – угадал он. – Давай буду разминать.

– Давай! – охнула Жаккетта.

Абдулла умелыми пальцами погнал по Жаккеттиной спине волну, словно ветер бархан по пустыне.

Жаккетта морщилась и изредка взвизгивала, но Абдулла был неумолим.

– Терпи, терпи. Визжать будешь, когда Господин будет щекотать! Ну как, тебе понравился путешествие?

– Не очень! – буркнула Жаккетта. – Я вся скособочилась. То ли дело в повозке, как мы из замка в Бретань ехали! Хоть танцуй в ней.

– Это ты танцуй, а я тогда весь скособочиться, – не согласился Абдулла. – А ты там весело время с брадобрей проводил, я слышать!

– Да, – согласился Жаккетта. – Весело ехали!

– Это он ты так ловко насобачился? – невинно спросил Абдулла.

– Куда насобачился? – не поняла Жаккетта.

– Научился играть в любовь! – сладко пропел Абдулла. – Господин удивляется.

– А что? – насторожилась Жаккетта.

– Ничего. Просто Господин интересно.

– Какая разница! – отрезала Жаккетта. – Я уродилась такая! Так и передай. Раз не нравлюсь, – нечего меня покупать было!

«Еще чего!» – подумала она. – «Кто, да сколько – это мое дело! Не скажу, хоть тресну!»

– Понятно! – засмеялся Абдулла. – Это называется «бери девушка без гарантия».

– Без чего? – испугалась Жаккетта.

– То есть никогда не знай до конца, что есть правда. И лучше не узнавай.

– А чего это ты выпытываешь все? – возмутилась Жаккетта. – Тоже мне, нашел занятие! Что, других дел нет?

– Почему нет? – Абдулла откровенно веселился. Теперь он разминал онемевшие мышцы шеи и плеч. – Есть. Важный занятие – мять спинку вредному ослику. Я отвечаю за гарем и занимаюсь наложницами Господина. Так что это мой занятие.

– Да? – удивилась Жаккетта. – А больше похоже, что ты по городу носишься целыми днями. Или у Господина наложницы в разных домах?

– Я – занятой лицо! – хохотнул Абдулла. – Я иметь много дел для Господина. Шею расслабь!

– Ой, ты мне голову открутишь! – взвизгнула Жаккетта. – Больно же! А кто были люди ночью?

– Ты опять? – возмутился Абдулла. – Твой любопытство больше ты в десять раз.

– Ну, пожалуйста! – прохныкала Жаккетта.

– Это был большой райс, важный человек.

– Кто?

– Капитан пиратский корабль. Их стоянка на остров Джерба.

– Ненавижу пиратов! – прорычала Жаккетта.

– Почему? – удивился Абдулла. – Хороший человек. Не хуже любой другой.

– Ненавижу! – упрямо сказала Жаккетта.

– Тебе они причинили боль? – догадался Абдулла. – Ты попал к команде на обед?

Жаккетта кивнула.

– Это серьезный причина! – Абдулла перестал терзать кожу Жаккетты щипками и стал поглаживать.

Умиротворение и сонный покой разлился по ее телу.

– Но это могло произойти и в любой другой место. Не только у пиратов. А кто взял вас в плен?

– Христиане, по–французски говорят. Только говор не наш, южный. Корабль длинный такой. Ихний моряк говорил, что они на нем чем могут прирабатывают.

– Это мелкий рыба! Я, кажется, знаю, кто это, – сказал Абдулла. – Несолидный человек. А шейх говорил с солидным человеком. Большой польза может быть.

– А раз пираты у тебя в друзьях ходят, как же ты в Марсель попал? – спросила с подвохом Жаккетта.

– Пиратов много! – обиделся Абдулла. – Аллах посылает разных испытаний. Судьба, значит, такой. Все, Хабль аль–Лулу, ты отдыхаешь перед ночью. Чтобы быть свежий для Господина, как финик с пальмы.

Жаккетта с трудом кивнула.

Она уже была больше во сне, чем наяву. Абдулла прикрыл ее одеялом и неслышно испарился.

* * *

Ночь оказалось довольно бурной.

Шейх, видимо, был очень раз, что вырвался из тесного, душного по его меркам, города.

Он сразу воспрял духом и устроил Жаккетте такие темпераментные развлечения, что ни в какие сравнения не шли с предыдущими.

Веселье кончилось тем, что они упали на мирно спящую Зухру – то есть Звездочку. Борзая спросонья обиделась и цапнула Жаккетту за место, на котором сидят.

Только это угомонило шейха.

Расцепив любимых женщин, он осмотрел травму Хабль аль–Лулу – два полукруга багровых вмятин, и приложил к наливающемуся вокруг них синяку серебряное блюдо.

* * *

Утром шейх уехал со свитой на охоту.

Жаккетта думала, что арабы охотятся так же, как французские и бретонские господа, восседая на конях и топча, по возможности, крестьянские посевы.

Ничего подобного.

Во–первых, не было посевов, которые можно было бы вволю потоптать. Да и где найти в полупустыне крестьянина?

А во–вторых, шейх и компания оставили лошадей в лагере, взгромоздились на верблюдов и спокойно уколыхались с борзыми за холмы.

Как оказалось, так охотится в песках удобней, с высоты верблюда лучше видно дичь.

* * *

Дождавшись отъезда охотников, Жаккетта, прихрамывая, вышла из шатра, чтобы посмотреть в какие края ее теперь занесло.

Растительность вокруг отличалась дружной колючестью. Терпко пахла полынь.