Читаем Акулья хватка полностью

 Она явно думала, что перед ней открываются богатые перспективы. Худ содрогнулся при мысли о том, с каким чудовищем она связалась. Но ничем не мог ей помочь и уговаривал себя, хотя и безуспешно, что это не его дело и нечего соваться.

 Затем его осенило. Вот почему безумствовала Айвори - попросту ревновала. Интересно, появится ли она за завтраком. Почему-то он был уверен, что нет.

 Через минуту Лобэр что-то сказал девушке и встал.

 - А сейчас, мистер Худ, пойдемте, я хочу, чтобы вы взглянули на мою коллекцию.

 Худ поднял с пола "яссиду" и положил на стол.

 - Отнесите в мою каюту, - бросил он стюарду, не упустив удивленный взгляд девушки на пистолет.

 Стояло восхитительное утро. Лобэр зашагал в носовую часть яхты. Дежурная смена заступила на вахту. Рулевой на мостике отдал честь Лобэру и Худу. Задрав голову, Худ подивился, как быстро сужался вверх конус мачт. Легко подумать, что они телескопические. Однако в следующее мгновение он издал невольный возглас удивления, забыв о мачтах.

 Главным в одной из бригад, занятых приборкой, обшивки мачт, был матрос, на руках которого, как показалось Худу, были одеты толстые защитные перчатки. Однако, приглядевшись внимательно, он увидел, что это были не перчатки, а чудовищных размеров руки. Они поражали несоразмерностью форм, доведенной до гротеска. В ширину они составляли дюймов девять, никак не меньше, и заканчивались гигантскими пальцами. Настоящие клешни.

 "- Слоновая болезнь, не иначе, - подумал он. - Хотя та чаще поражает ноги."

 - Насыр, - окликнул мужчину Лобэр и сказал ему на восточном языке. Мужчина улыбнулся, приблизился и поднял руки вверх, будто штангист брал вес. Его руки напоминали конечности гигантской статуи, однако по ним текла кровь и они были живыми. Худ отчетливо видел, что кожа на этих безобразных руках не имеет того розоватого оттенка, характерного для несчастных, пораженных слоновой болезнью.

 Лобэр продолжал о чем-то говорить с уродом. Мужчина молчал кивнул и глянул на Худа. На вид ему можно было дать лет тридцать пять. Среднего роста, с узкими глазами и желтоватой кожей, он производил впечатление вполне нормально человека, за исключением этой пугающей аномалии.

 - Удивительно, не правда ли, мистер Худ? - сказал Лобэр. - Вы ведь никогда прежде не видели деформации подобно рода? И впрямь, случай довольно редкий. Такие опыты на свои собратьях когда-то ставили киргизы-аматы, племя, расселившееся на территории Китая. Сейчас это искусство позабыто. А жаль. Скоро мир утратит даже память о множестве прелестных секретов, которыми владели изобретательные умы предков. Тогда на землю придет царствие небесное и мы все окажемся погружены в непреодолимую скуку бытия. Вы так не считаете, мистер Худ?

 - Вы хотите сказать, что таких уродов выводили намеренно?

 - Вот именно. Насыр, мистер Худ, является шедевром. Он диковинка, которую можно встретить значительно реже, чем гениальные произведения искусства - статуи, картины, к примеру - хотя бы только потому, что он живой. Я удачливый коллекционер, чем невыразимо горжусь. У меня таких живых шедевров два. Это пара близнецов - Насыр и его брат. К сожалению, сейчас брата с нами нет. Поверьте мне на слово, он ещё более необычный экземпляр.

 Лобэр рассмеялся, что-то сказал Насыру и матрос вернулся к работе.

 - Но как это делалось? И зачем, ради чего?

 - Немногим сейчас известно, что киргизы-аматы зарабатывали себе на жизнь, давая публичные цирковые представления и славились артистическим мастерством. По ярмаркам Китая кочевали бродячие цирковые труппы, поглазеть на выступления которых сбегались толпы зевак. Свое искусство демонстрировали жонглеры, акробаты и фокусники. Но не они были главной причиной успеха. Секрет популярности заключался во вставных номерах, которыми сопровождалась смена декораций, и именно они привлекали и завораживали зрителей. Публику подогревал ужас и отвращение с привкусом сладости запретного плода, который вызывали в них участники вставных номеров. Ими были уроды, специально выращенные и выпестованные для этой цели. Власти страшно противились их присутствию в труппах и порой запрещали им появляться на публике. Затем выяснилось, что это уродство передается по наследству.

 Выводили таких уродов путем намеренного стимулирования секреторной функции гипофиза. В результате такого гипервоздействия у жертвы возникала опухоль передней доли гипофиза, сопровождаемая чрезмерным выделением соматропного гормона, - болезнь, известная медикам как гигантизм. Киргизы аматы научились выводить чудовищ. Совершенствуя свои методы, они добились поразительных результатов, мистер Худ. Один из трюков, которыми они овладели, заключался в том, что свои опыты они начинали ставить на-жертве только после того, как у неё завершался процесс роста и отвердевания продольных костей. Это приводило к состоянию, которое называется акромегалия, и помимо всех прочих прелестей характеризуется колоссальным увеличением размеров рук и ног.