Читаем Акселерандо полностью

—Потому что. Глубокий вдох. —Я не могу по двум причинам. Я могу отречься от ислама, но это сделает меня отступницей и автоматически расторгнет контракт с подставной компанией — после чего я также автоматически попаду в собственность Матери по американскому и европейскому законам. Я могу сказать, что Инструмент нелегален, поскольку я была в Соединенных Штатах, когда подписывала это все, а рабство там нелегально — и в этом случае я тоже становлюсь собственностью Матери. Еще я могу надеть паранджу и жить как подобает исламской женщине. Делать все, что имам пожелает, и не быть в собственности матери… но дело в том, что при этом ей разрешается доступ к фильтрам. О, Боб, она так хорошо все рассчитала…

—Ох. — Моника разворачивается обратно в соответствии с ориентацией комнаты. Вдруг она становится очень похожей на Боба. —Теперь, рассказав мне о своих бедах, начинай-ка думать как твой отец. У твоего бати бывало по дюжине креативных идей перед завтраком каждый день — так он и сделал свое имя. Твоя мать поймала тебя в ловушку. Думай о своем пути наружу. Что ты можешь сделать?

—Ну… — Амбер переворачивается и обнимает широченную гидропоническую трубу так, как будто это спасательный плот. —Это законодательный парадокс. Я попалась, потому что она нашла в законах способ прижать меня. Я могла бы поговорить с судьей, но надо предполагать, что она тщательно выбирала его... — Ее глаза сужаются. —Законы… Эгегей, Боб! Она отпускает трубопровод и летит по воздуху с развевающимися, как кометное гало, волосами. —Как я могу заполучить себе новую юрисдикцию?

Моника ухмыляется. —Кажется, я помню традиционный способ, это когда ты захватываешь сколько-то земли и провозглашаешь себя королем, но по-моему, можно и по-другому. У меня есть пара друзей, с которыми тебе надо встретиться. Они не очень-то разговорчивы, и есть двухчасовая задержка распространения сигнала, но думается мне, ты обнаружишь, что они уже ответили на твой вопрос. Однако, почему бы тебе сначала не поговорить с имамом и не узнать, что он из себя представляет? Возможно, он тебя удивит. И кстати говоря, он стартовал перед тем, как твоя матушка вознамерилась использовать его в своих целях…

* * *

Сангер висит на тридцатикилометровой орбите у талии Амальтеи, кружась вокруг ее вытянутого тела. Склоны горы Ликтос, возвышающейся на десять километров над эквипотенциальным средним[157], кишат дронами. Они натягивают на гору прозрачное покрытие, поднимая тучи красноватой сульфатной пыли над пустынным лунным ландшафтом. Амальтея замыкает круг вокруг мастера за двенадцать часов, и в такой близости к Юпитеру — всего в ста восьмидесяти тысячах километров над бурлящим безумием облачного покрова — непрестанно изменяющийся диск газового гиганта занимает полнеба. Радиационная защита Сангера включена в полную силу — корабль погружен в корону переливающейся плазмы, полностью отсекающей радиосвязь, и людям-горнодобытчикам приходится манипулировать дронами через сложную сеть лазерных цепей связи. Другие дроны, побольше размером, разматывают катушки силового электрического кабеля, уходя к северу и к югу от места посадки. Когда цепь замкнется, она образует индуктивную катушку, летящую в магнитном поле Юпитера, и станет генерировать электрический ток, незаметно отбирая энергию из орбитального момента спутника.

Амбер вздыхает и в шестой раз за час глядит на сетевую камеру, прикрепленную на боковой стенке ее каюты. Она свернула все постеры и скомандовала игрушкам убрать себя — через две тысячи секунд крохотный иранский космолет взойдет над краем Моштари, и наступит время разговора с учителем. Она не пытается угадать, что из этого выйдет. Если это окажется старый седой твердолоб из каких-нибудь упертых фундаменталистов, у нее будут неприятности. На Западе неуважение к возрасту при общении с подростками было настолько неизбежным во все времена, что мало кто считает это катастрофой. Однако кросскультурная ветвь, которую Амбер проинструктировала изучить исламскую культуру, напоминает ей, что не все культуры разделяют такое отношение. Но если он молод, умен и гибок, все может обернуться еще более туго. Амбер слушала аудиоверсию "Укрощения Строптивой", и ей совсем не хочется стать главной ролью в постановке кросскультурной версии с полным погружением.

Она снова вздыхает. —Пьер?

—Да? — доносится его голос со стороны гермозатвора. Он свернулся рядом с порогом и расслабленно двигает руками и ногами: ведет робота-добытчика по поверхности обьекта Барни, как называет себя спутник. Скала имеет всего полкилометра в длину, и покрыта бурой смесью из углеводородного дегтя причудливого состава и сульфатной пыли, поднятой с поверхности Ио юпитерианским плазменным ветром. Дрон — длинноногий насекомоподобный кран — медленно подпрыгивает в микрогравитации на кончиках своих ног. —Иду.