Читаем Акселерандо полностью

Манфред встряхивает головой и оглядывается. Теперь, когда он побывал Большим Манни, он точно знает, где он, и что еще важнее, теперь он отлично разбирается в городских интерфейсах следующего поколения. Светящиеся пиктограммы на стенах и потолке обозначают целую кучу разнообразных услуг во всем диапазоне от местных служб мгновенного доступа до телепортации на межзвездные расстояния. Ага, значит они все еще не свернули географию полностью, осознает он, удовлетворенно цепляясь за ближайшую из собственных, понятных мыслей на эту тему, пока память Большого Манни еще не объяснила ему все. Насколько же это чудно — видеть все это впервые, все эти изыски техносферы, на века обогнавшей последнюю из тех, в которых он был жив — и при этом иметь воспоминания, в деталях объясняющие ее устройство. Манфред замечает, что ноги все еще несут его вперед, и он подходит к покрытой травой площади, двери по краям которой ведут в личные апартаменты. За одной из них он и встретит своих потомков, и — со всей вероятностью — Памелу. Мысль об этом заставляет его желудок сделать маленькое головокружительное сальто. Не готов я к этому…

Острое дежа вю. Он стоит на знакомом пороге, которого никогда не видел. Открывается дверь, и дитя с серьезным лицом и с тремя руками смотрит на него снизу вверх. Манфред пялится на его третью руку, эту ужасающую костяную косу с шипастым гребнем от локтя. —Здравствуй, я — говорит мальчик.

—Привет тебе — говорит Манфред, продолжая пялиться. —Не припоминаю себя таким… — Но Манфред помнит — ведь Большой Манни приглядывал за ним немигающим аргусовым взором вездесущей робопыли в воздухе. —Твои родители дома? Твоя… — Его голос перехватывает. —…Прабабушка?

Дверь открывается шире. —Заходи — торжественно говорит мальчик. Потом он отпрыгивает назад и проскальзывает в боковую комнату, ловко пригибаясь. Как будто ждет выстрела вражеского снайпера, осознает Манфред. Суровая доля — быть ребенком во времена, когда ничто не запрещает боевое оружие, ведь можно восстановиться из архивной копии сразу же, как матч закончился.

Части этого дома разделены триллионами километров пустоты, отчего Манфреду кажется неверным называть его домом — и все равно внутри сейчас тесновато. Из гостиной доносятся голоса, и он направляется туда. Он проскальзывает в арку из роз без шипов, которые Рита вырастила вокруг рамки Т-портала, его тело становится легче, но тяжесть на сердце остается. Он оглядывается. —Рита? — спрашивает он. —И…

—Здравствуй, Манфред. — Памела сдержанно кивает ему.

Рита поднимает бровь. —Этот кот всего лишь спрашивал, может ли он использовать домашний сборщик… Я совсем не готовилась к семейному воссоединению!

—И я тоже. — Сочувствующий Манфред потирает лоб. —Памела, это Рита, жена Сирхана. Они мои… наверное, эйген-родители будет словом не хуже других, они растят мою реинкарнацию.

—Пожалуйста, садитесь — предлагает Рита, указывая на пустой участок пола между верандой и каменным фонтаном в форме секции гиперсферы. Почти незаметный в воздухе роботуман приходит в движение, и на полу материализуется футон из алмазноволокна, поблескивающего в искусственном солнечном свете. —Сирхан как раз занят Манни, нашим сыном, он вернется совсем скоро.

Манфред робко садится на край коврика. Памела чопорно садится на другой его край, избегая его взгляда. Последний раз они встречались во плоти по разные стороны скандального развода и идеологического барьера размером с континентальный водораздел, они разошлись, проклиная друг друга, но теперь все это осталось по другую сторону впечатляющей пропасти лет. И развод, и идеологические распри стали тенями на горизонте, за много субъективных десятилетий за спиной — были ли они на самом деле? Но хотя у них и есть теперь некоторый повод встретиться, Манфред все еще с трудом может взглянуть на нее. —Как поживает Манни? — спрашивает он хозяйку, чтобы хоть чем-нибудь заполнить тишину.

—Хорошо — говорит Рита хрупким голосом. —Обычная предподростковая непредсказуемость, если бы только не… — Она умолкает, не закончив — в воздухе появляется дверь, и из нее шагают Сирхан и маленькое божество в меховой шубке.

—Посмотрите-ка, что этот кот притащил домой — замечает Айнеко.

—Ты так обходителен — ледяным тоном говорит Памела. —Как ты думаешь…

—Я пытался не допустить его к тебе… — говорит Сирхан Манфреду, —…но он не…

—…Все хорошо — отмахивается Манфред. —Памела, ты не против начать?

—Против. — Она косится на него. —Ты первый.

—Ладно. — Манфред нагибается вперед, чтобы иметь возможность глядеть на кота. —Я был нужен тебе здесь. Что тебе нужно?

—Будь я классическим европейским дьяволом, я бы сказал, что я пришел за твоей душой — говорит Айнеко, глядя вверх на Манфреда и размахивая хвостом. —Но по счастью, я не дуалист. Я просто хочу погонять ее некоторое время. Не бойся, я ее даже не запятнаю.

—Хм-м. — Манфред поднимает бровь. —Зачем?