Читаем Ах ты... дракон! полностью

Мучивший меня в этом мире холод наконец пробрался внутрь и теперь забирал мое тело… и, кажется, Славкино тоже. Я не мог повернуться и проверить — мой мир стремительно сужался, подступающая темнота отгрызала от него кусок за куском, и постепенно осталось только ухмыляющееся лицо типа… его фигура… его пропитанный обещанием голос:

— Еще увидимся, шустрый. Это тебе задаточек, чтоб знал, чего ждать. Жаль, как следует не почувствуешь.

Его нога куда-то бьет, кажется в бок… Удар ощущается слабо, но мне хватает. Темнота захлестывает окончательно, и в этой тьме постепенно гаснет хрипловатый голос:

— Беспокойных снов, шустрый…

Привет, пушной зверек, что-то часто мы с тобой стали встречаться… и ты явно не сидел это время на диете…

Холодно как… почему тут всегда холодно? Я тупо пялился на темно-серый потолок и пытался вспомнить, который это по счету проезжий двор и почему тут такая зверская холодина. И почему мы не могли загреметь в какой-то мир с пляжем и симпатичными девчонками в травяных юбочках? Янка подобрала бы там какую-нибудь ящерицу или попугая, Ирина Архиповна не мерзла…

Янка? Ирина Архиповна!

Память вернулась вместе с паникой.

Бандиты… отравленная сеть… сногсшибательная новость про Эркки… пинок. Темнота…

Я рывком поднялся на локте, осматривая «комнату». Лицо закололо, бок отозвался резкой болью. Фиг с ним, не до него. Где я? И кто тут?

Так. Допрыгался.

Подземелье было как из кино или компьютерной игрушки — серые каменные стены без окон, сырые даже на вид, куча лежалого сена, свет из-под потолка… Цепь свисает ржавая… Я глянул на свои руки — и не увидел их. Вообще тела не увидел! Сначала даже показалось, что меня в землю закопали! Потом мозги все-таки переработали картинку и выдали заключение, что земля тут ни при чем. Сено это оказалось. Одно сено, с ног до головы. Вот что мне щеку кололо. Фу, с пауками и… блин, это что, мышь была? Вот дрянь!

— Зато теплее, — тихо проговорили рядом.

Я повернул голову.

— Славка!

— Ага. Ты… как?

А как я? Голова. Болит, но уже куда полегче. Не кружится… почти. И тошнота прошла. Бок только… и слабость.

— Ничего вроде. Почти нормально.

— Долго ты… Они уже приходили три раза, сначала с Эркки, потом сами. Пьяные в дым. Радостные такие…

— С Эркки? Так он точно нас сдал?

Славка поплотней обнял свои колени.

— Да.

— Тварь паскудная. Вот зачем? Зачем?! Ладно меня, я его ни в чем хорошем и не подозревал, но остальных?!

— Денег должен кому-то, — тускло отозвался Славка. — Много. Законно ему столько не заработать. Вот он и связался с местными «авторитетами», запродав им нас.

— Правильный человек.

Славка не ответил.

— А тут разве есть рабовладение?

— Нет. Официально нет.

А, ну да. Официально его и у нас нет.

— И что, мы так дорого стоим?

— Не знаю, — парень наконец отвел взгляд от стенки и посмотрел на меня. — Он мне тут пытался что-то объяснить. Будто каялся. Только я не понял, а его быстро вытолкали. Что-то о латентах…

— О ком?

— Я же говорю, что не понял. Латенты… это если проще объяснять, способные на что-то. В потенциале способные.

— Ага. Дело ясное, что дело темное. А где наши?

— Наши?

— Слав, не тупи. Янка, Ирина Архиповна, Штуша. Их тоже в подземелье упихали?

— Не знаю. Я спрашивал, но никто не захотел ничего объяснять, — он потер скулу. — Единственное, что сказали — это что они живы.

— Добрые. Могли и об этом промолчать.

— Они не мне сказали, — Славка снова тронул скулу. — Это Эркки. Он просил, чтоб ему отдали хотя бы их, раз денег мало. А его послали. Объяснили, что все живы-здоровы, но ничего он не получит сверх договора.

— Значит, не очень добрые… Сам-то как?

— Терпимо.

И он снова уставился в стену.

— Это ты меня сеном укрыл? — спросил я, чтобы не замолкать.

— Ты же все время мерзнешь.

Значит, он.

— Спасибо.

Он только плечом дернул. Пожалуйста, мол.

— Кончай психовать. Разбор на органы в этом мире еще не придумали, значит, все не так паршиво. Или смоемся, или поработаем кем они там нас взяли, потом смоемся.

— Как у тебя все просто…

— Сложности разрулим! — довольно бодро пообещал я. Если честно, как раз в этот момент я нащупал пояс своих штанов, а в нем — представьте себе! — мою заначку. Не отобрали. Не обыскивали, значит? Наверное, посчитали, что в нижних штанах ничего такого быть не может. Прям от сердца отлегло. Пиастры, конечно, не решат всех проблем, но с ними проблем поменьше. Я, по крайней мере, нежадных бандитов пока не встречал.

— Прямо все? — одними губами усмехнулся Славка. И попросил: — Отвернись, пожалуйста.

— Это с чего?

— Отвернись, мне встать надо.

— И в чем проблема?

Он помолчал.

— Пожалуйста, отвернись.

— Да пожалуйста! Подумаешь, скромник нашелся! Думаешь, я подглядывать буду, что ли? Очень надо!

— Не злись.

— Да не злюсь я! Просто достал ты меня уже, честно. Все время смотришь, как… как дворник на мусор. То подозреваешь, то отмалчиваешься, то… Ну чего ты на меня взъелся? Из-за бабок, что ли? Так каждый выживает как может!

— Вот именно, — кивнул он.

— Что?

— Каждый выживает как может, — как-то очень устало отозвался Славка. — Ладно, как хочешь.