С мозгами у троицы было туговато, магии им тоже не перепало — квартал кожевников хулиганистый дракон своим вниманием обошел. Словом, сплошная скука и невезение. Вот и возжаждали они приключений. Как именно они собирались сражаться с драконами, тоже осталось неизвестным, потому что всех троих отважных воителей заборола одна поварша (правда при активной поддержке боевого оружия — черпака для разливания супа). Они знали одно: что было скучно и хотелось, чтоб заметили и зауважали.

Тьфу!

Не сговариваясь, мстительная Ерина Архиповна и практичный драконовер-градоправитель, решили доказать горе-охотничкам, что мечты сбываются, но не у всех, не всегда, а еще с существенными коррективами. И Приключенцев доставили на место несостоявшейся славы и приставили делу — смене подстилки, доставке воды для котлов и уборке.

А что будет в этом странном городе с несколькими десятками магов-подростков, обмороженных, больных, голодных и порядком расшатанной психикой, не хотелось и думать. Тем более, что юная посланница, тихонько, оглядываясь по сторонам, шепнула про подозрения своих товарищей по беде: обреченные малчишки и девчонки подозревали, что среди них есть пара «наблюдающих» от Нойта-вельхо. Скрытых.

Тащить сюда таких гостей было неразумно вдвойне. Но куда деваться? Возможно, каждый день отсрочки — чья-то жизнь. Пало не хотелось отягощать свою совесть подобным грузом.

К тому же что-то словно подгоняло его последние дни: скорее, скрее, скорее…

Подтянуть в город все продовольственные запасы. Вытащить драконышей. Сговориться с друзьями-знакомыми Ветерка (тот был не одинок в желании уйти из-под пригляда Круга). Скорее. Скорее…

Скорей проверить, что там с доставкой оружия для Виды. Скорей прочитать драгоценные книги, сбереженные драконоверами и с превеликими предосторожностями выданные магам. Скорей сговориться с Ериной Архиповной и приготовить все необходимое для нового пополнения…

Скорее. Скорее.

На этот раз спасательный отряд отправлялся не с полигона. И не с центральной площади. Просто со двора близ лечебницы. Шаг — он такой, если не задавать специально контуров перехода, то вернуться легче всего туда, откуда пришел. Ну и куда тащить подростков, как не сюда?

Время истекает — точно выдохнул в сознании кто-то невидимый. — Скорее…

Петсо, поселок на краю Соленой пустыни

Девочки перебирали вещи. Светлое платье, кожаная накидка от дождя, несколько головных повязок, два тонких, красивых, шитых серебром шарфа — дорогие шарфики, видно, чей-то подарок. Не сдержавшись, старшая прижала нежную ткань к лицу, вдохнула еще сохранившийся слабый запах душистой воды… Как привет из прошлой жизни. Младшая посмотрела с недоумением, и девушка отложила чужую вещь.

Они не для того сюда пришли.

Хозяйка этих вещей — пока хозяйка — не сказала бы ничего против, наверное. Она и сама сидела так: перебирая чужие вещи, отбирая нужное для будущих похорон. А то, что она пока жива, так это как разрешение… Сегодняшнюю ночь больной не пережить.

Вещи нужны общине. Такой здесь закон — жестокий, но признанный всеми. С собой к богам человек может унести только то, что оговорил заранее. Или то, что отберут для похорон его друзья. Все остальное пойдет тем, кому нужно…

А Ринка, певунья и мастерица Ринка, завещания не оставляла. Она никогда не болела, она не думала, что заболеет…

Старшая девочка вытерла слезы.

— Платье.

— Такое красивое…

— Платье, — голос был чужим и хриплым. — И этот шарфик. Нам тут красоваться незачем, а Ринка… пусть уйдет к богам красивой. Она заслужила…

Выбранный наряд лег на стол. Старшая девушка осмотрела хижину: постель, откуда слышится хриплый клекот больного дыхания, еще две пустых, убогий стол, обмывочная лохань, спрятанная от взгляда больной за дверью… И невыносимый, тоскливый вой ветра за крохотным окошком…

— Ииите…

— Что это?

Непонятный звук вплелся в вой за окном, влетел в щели под дверью…

— Ииииите!

— Кто-то кричит!

— Снаружи? В бурю?! Не может…

— Выходиииииииииииииииииите! — тут же послышалось за дверью. — Помощь! Пришла помощь!

Глава 34

— Что?

— Выходите! Все выходите!

— Рехнулся? Ветер же! Прям как дубинкой бьет.

— Они пришлииииииииииииииии!

— Кто?

— Новичков доставили? Не время же…

— Нет.

— Выходите! Ребята, выходите!

— Нет новичков…

— Это не те…

— Все они одинакие. Твари.

— Нет… это совсем не те… Ты посмотри, Дарик! Ты как следует на них посмотри!

— Это… это же…

— Все выходите! — голос Митаса, самого юного из жителей поселка, дрогнул и сорвался. — Они пришли, слышите? Они все-таки пришли…

Поверить в это было трудно. Пережить крушение надежд и будущего, месяц за месяцем выживать в холодном соленом аду, перетерпеть столько потерь, столько боли и отчаяния! Смириться, наконец, с тем, что будущего больше нет, что все, что у тебя осталось — те несколько недель, месяцев или лет, пока холод, отравленный солью воздух или какая-нибудь хворь не дотянутся цепкими лапами и не загонят на кладбище.

На встречу с богами.

Хотя в этом маленьком поселке с большим кладбищем в богов давно уже никто не верил.

И в помощь и доброту со стороны — тоже. Почти.