Читаем Академия магических близнецов полностью

– Понимаешь, – начал было Сонор, но вредная валькирия его остановила.

– Не о том думаешь, подруга, – пожурила она. – Связь с тобой никуда не денется, разберешься, что да как. А вот понять, кто твой враг, нужно как можно быстрее.

Я глубоко вздохнула и попыталась вновь сосредоточиться на проблеме. Получалось плохо, мысли занял Максимильяно Жар. Украдкой посмотрев на мужчину мечты, полюбовалась на его прекрасное мужественное лицо и снова вздохнула.

Что же не так? Почему нельзя-то?

– Груша, хватит мечтать! – рассердилась Кора. – Вспоминай, что странного с тобой случилось за эти дни.

– Да все странное, – я недовольно забурчала. – Само появление здесь – великая странность. Ритуалы ваши дурацкие, призывы, которые выдергивают человека из его мира. Кровавое Слияние – вообще одна большая странность, закончившаяся странностью еще большей. Прийти в себя и узнать, что ты теперь не просто Грушка, а Грушка – вивер… на…

У-у-упс! Проболталась. Находка для шпиона!

Невольно закрыв ладошкой рот, я со страхом посмотрела на друзей. Все выглядели нормальными, только Диниос выпучил глаза и закашлялся, подавившись чаем.

– Повтори-ка, Груша, в кого ты обратилась, – едва придя в себя, попросил мономорф.

– В виверну, – нехотя ответила я.

– Слезы Непроизносимой! – ахнул приятель. – В драконью недоделку?!

Откуда-то изнутри пришло огромное желание откусить лысому здоровяку башку. Помотав головой, с трудом его поборола и резковато ответила:

– Да. И что тут такого?

Диниос огляделся по сторонам, а потом шепотом стал рассказывать. Мы невольно склонились ниже над столом и приготовились слушать.

– Все знают, что родовую ипостась у нас продолжают только мужчины.

– Я не знаю, – вклинилась я, ощущая странную злобу на приятеля.

– Ты, Груша, вообще ничего не знаешь, – прищурился Диниос. – Так что сиди и слушай. Внимательно!

Буркнув себе под нос, что он меня не ценит, превратилась в слух.

– Так вот, мужчины – носители гена той или иной ипостаси, у женщин все гораздо проще и сложнее одновременно: во время первого представления Предопределению новорожденная девочка получает способность перевоплощаться. Официально считается, что именно наше божество и дарует ей ту или иную ипостась. То есть в клане белых тигров, вполне вероятно, может родиться девочка-олень, и никто не заподозрит ее мать в измене. Все роды подчиняются этому правилу. По крайней мере, сейчас.

Мономорф сделал паузу, во время которой я вся изъерзалась, желая услышать продолжение.

– Только в одном роду, ныне несуществующем, и мужчины, и женщины получали единую родовую ипостась – Скай ду Вирна, виверны. Второй род по значимости (но не по силе) после рода Владыки. По силе виверны и грифоны примерно равны, вот только именно грифоны почему-то могут принять ипостась верховного дракона, хотя, по идее, виверны к нему ближе.

– А мы не знали, – хором зашептали друзья. – Откуда информация? Как узнал? Кто рассказал?

– Из достоверных источников, – криво улыбнулся Диниос. – В силу своеобразности моего собственного рода некоторые ныне скрываемые даже от мономорфов факты мне выдавались с рождения. Можно сказать, я вырос на легендах и преданиях нашего народа. Но это еще не все. Слушайте дальше.

Мономорф глотнул чая, смачивая горло, и продолжил:

– Вернемся к нашим баранам, то есть причине моей реакции. Уж не знаю почему, возможно, из-за наличия сильной второй ипостаси или по другой какой причине, женщины-виверны отличались вздорным характером и вспыльчивостью. Могло дойти до того, что в пылу ссоры обидчику запросто откусывали голову.

Виверна внутри меня одобрительно рыкнула, подтверждая слова Диниоса.

– А еще мужским складом ума и невероятной любовью к свободе. Редко кто из них был счастлив в браке. Обманутые мужья в сердцах называли их летающими ящерицами, драконьими недоделками, намекая, что их род всегда будет только вторым. Вскоре эта кличка стала нарицательной, а после вообще перешла в разряд ругательств. Затем виверн не стало, а ругательство осталось. Так что, Груша, обидеть я тебя не хотел, вырвалось. Но все равно, прости.

– Ладно уж, прощу, – смилостивилась я. – Но только если расскажешь, куда делись виверны.

Остальные закивали, еще ниже наклоняясь над столом. Диниос улыбнулся, сверкнул черными глазами и сказал:

– А вот этого я не знаю.

Разочарованный стон вырвался сам собой и не только у меня.

– Как же так?! – не сдержалась Лаура, умоляюще смотря на близнеца. – Я не понимаю, как мог целый род исчезнуть без следа?!

Мономорф пожал плечами и выдал совсем уж загадочную фразу:

– Копаясь в архиве, я смог выяснить только одно: два последних представителя найдены мертвыми в родовом замке, причем, судя по всему, отец собственноручно заколол малолетнюю дочь, а потом и себя. В предсмертной записке он написал, что не хотел ребенку участи еще более страшной.

Повисло молчание.