Читаем Айвенго (Ivanhoe) полностью

Айвенго (Ivanhoe)

So saying, the two champions closed together, and for a few minutes they displayed great equality in strength, courage, and skill, intercepting and returning the blows of their adversary with the most rapid dexterity, while, from the continued clatter of their weapons, a person at a distance might have supposed that there were at least six persons engaged on each side.	Обменявшись такими любезностями, противники сошлись и в течение нескольких минут с одинаковой силой и храбростью наносили друг другу удары и отражали их. Это делалось с такой ловкостью и быстротой, что по поляне шел непрерывный стук и треск их дубинок и издали могло показаться, что здесь дерутся по крайней мере по шесть человек с каждой стороны.
Less obstinate, and even less dangerous combats, have been described in good heroic verse; but that of Gurth and the Miller must remain unsung, for want of a sacred poet to do justice to its eventful progress.	Менее упорные и менее опасные побоища не раз бывали описаны в звучных героических балладах. Но бой Мельника с Гуртом так и останется невоспетым за неимением поэта, который воздал бы им должное.
Yet, though quarter-staff play be out of date, what we can in prose we will do for these bold champions.	Все же, хотя бой на дубинках уже вышел из моды, мы постараемся если не в стихах, то в прозе отдать дань справедливости этим отважным бойцам.
Long they fought equally, until the Miller began to lose temper at finding himself so stoutly opposed, and at hearing the laughter of his companions, who, as usual in such cases, enjoyed his vexation.	Долго они сражались с равным успехом. Наконец Мельник, встретив упорное сопротивление, которое сопровождали насмешки и хохот его товарищей, потерял всякое терпение.
This was not a state of mind favourable to the noble game of quarter-staff, in which, as in ordinary cudgel-playing, the utmost coolness is requisite; and it gave Gurth, whose temper was steady, though surly, the opportunity of acquiring a decided advantage, in availing himself of which he displayed great mastery.	Такое состояние духа очень неблагоприятно для этой благородной забавы, где выигрывает наиболее хладнокровный. Это обстоятельство дало решительный перевес Гурту, который с редким мастерством сумел воспользоваться ошибками своего противника.
The Miller pressed furiously forward, dealing blows with either end of his weapon alternately, and striving to come to half-staff distance, while Gurth defended himself against the attack, keeping his hands about a yard asunder, and covering himself by shifting his weapon with great celerity, so as to protect his head and body.	Мельник яростно наступал, нанося удары обоими концами своей дубины и стараясь подойти поближе. Гурт только защищался, вытянув руки и быстро вращая палкой. На этой оборонительной позиции он держался до тех пор, пока не заметил, что противник начинает выдыхаться.
Thus did he maintain the defensive, making his eye, foot, and hand keep true time, until, observing his antagonist to lose wind, he darted the staff at his face with his left hand; and, as the Miller endeavoured to parry the thrust, he slid his right hand down to his left, and with the full swing of the weapon struck his opponent on the left side of the head, who instantly measured his length upon the green sward.	Тогда он наотмашь занес дубину. Мельник только что собрался отпарировать этот удар, как Гурт проворно перехватил дубину в правую руку и изо всей силы треснул его по голове. Мельник тут же растянулся на траве.
"Well and yeomanly done!" shouted the robbers; "fair play and Old England for ever!	- Молодец, честно побил! - закричали разбойники.- Многие лета доброй потехе и старой Англии!
The Saxon hath saved both his purse and his hide, and the Miller has met his match."	Сакс унесет в целости и казну и свою собственную шкуру, а Мельник-то сплоховал перед ним.