Читаем Агния Барто полностью

А. Барто остро, резко, гневно говорит обо всем том, что может искалечить детскую душу и что начинается подчас с пустяка, вот хотя бы с разговора о том, кому поднять с пола пилу,— а ведь даже и он может оказаться гибельным для дружбы двух девочек, если они забывают о дружбе и помнят лишь о своем не в меру раздутом самолюбии:

— Ты подними пилу!..—

требует одна из них.

— Уйди,— кричит вторая,—Из моего сарая!..


По ходу этого жаркого спора они так озлобились, что

Теперь не до пилы —Остались бы целы!


Так хорошая дружба и все то доброе и светлое, что она несет с собою, оказывается под угрозой, когда сталкивается с грубостью, эгоизмом, излишним себялюбием,— вот о чем говорит всего только забавная и незамысловатая поначалу история с пилой.

Схожа с этой историей и повесть о Димке-фотолюбителе, для которого главное — премия, погоня за занятным сюжетом для снимка.

А то, что его товарищ попал из-за этого в беду, Димку мало волнует! Вот почему недавний его друг, от имени которого и ведется рассказ, приходит к непреложному выводу:

Дружили столько времени,Но вы меня поймете:Нельзя же из-за премии Друзей топить в болоте!..


Здесь рассказчик делится с нами не заранее заготовленной сентенцией, а тем, что у него накипело на душе и жаждет вырваться наружу (ведь ему немало пришлось претерпеть из-за премии, врученной Димке!), и вот именно такого рода «морализация» — не как дежурная пропись, а как живой и непосредственный вывод из самого материала повествования — крайне характерна для многих стихов А. Барто.

А как весело смеется она над теми докладчиками, которые бодро и решительно провозглашают с трибуны: «Нужен труд всегда, везде»,— но, как только дело коснется их самих и им самим нужно совершить самое небольшое усилие, ну вот хотя бы поднять с пола бумажку,—

...тут докладчик морщится:На это есть уборщица!


Автор знакомит нас и с Сережей, который учит уроки. Он

Озера начал повторять И горы на востоке.


Но тысячи соблазнов отвлекают его от книги — и монтер, и футбол, и самокат, и многое другое. И вот

...Сережина тетрадь В десятый раз открыта.— Как много стали задавать! —Вдруг он сказал сердито.—Сижу над книгой до сих пор И все не выучил озер!


Юный читатель этих стихов и без подсказки автора сообразит, что озера в его бедах не виноваты.

А. Барто, воспитывая своего читателя в духе мужественности, упорства, храбрости, находчивости, неизменно направляет жало своей сатиры против лентяев и ротозеев, неженок и плакс. Она показывает трусоватого Егора, который, собираясь в пионерский поход, снаряжается так, словно отправляется на Северный полюс, а в результате

Со своим большим мешком Еле-еле шел пешком.И, сердитый и хромой,Позже всех пришел домой.


Поход для него оказался испорченным, и автор замечает в конце стихотворения:

Когда человеку Двенадцатый год,Пора ему знать,Что такое поход.


Едко и остроумно высмеивая эгоистов, растяп, лежебок, поэтесса раскрывает вместе с тем, как интересен внутренний мир тех детей, которые умеют по-настоящему и играть, и учиться, и работать в меру своих сил, и дружно делать большое, общее, увлекательное дело. Так А. Барто, утверждая положительные качества своих героев, помогает своему читателю глубже разбираться в жизни, вызывает у него потребность деятельно и активно участвовать в ней.

Поэтесса издевается над иными слишком скороспелыми поклонницами моды, и над малолетними любителями «стиля», и над теми подражателями неким заграничным образцам, которые ходят «с каждым днем лохматее», подобно Андрею — герою стихотворения «Что с ним такое?». Он

Ходит вялый День-деньской.Что поделать —Стиль такой!


А. Барто смеется над ними так заразительно, что это не может не захватить и ее читателей, которых поэтесса учит отличать истинную красоту от ее подражаний и имитаций, хотя бы самых блестящих и броских!

Вместе с тем А. Барто учит прислушиваться к истинной красоте, душевности, высокому лиризму,— и сатирическое начало ее стихов воспринимается тем острее и глубже, «пронзительней», что подчас выступает — в одном и том же стихотворении — наряду с лирическим. Это мы видим в стихотворении «Несли мы облако с собой...» — облако в виде букета голубой сирени,— но некая Наденька, которой было вручено это чудесное облако, только мельком взглянула на него:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Путеводитель по классике. Продленка для взрослых
Путеводитель по классике. Продленка для взрослых

Как жаль, что русскую классику мы проходим слишком рано, в школе. Когда еще нет собственного жизненного опыта и трудно понять психологию героев, их счастье и горе. А повзрослев, редко возвращаемся к школьной программе. «Герои классики: продлёнка для взрослых» – это дополнительные курсы для тех, кто пропустил возможность настоящей встречи с миром русской литературы. Или хочет разобраться глубже, чтобы на равных говорить со своими детьми, помогать им готовить уроки. Она полезна старшеклассникам и учителям – при подготовке к сочинению, к ЕГЭ. На страницах этой книги оживают русские классики и множество причудливых и драматических персонажей. Это увлекательное путешествие в литературное закулисье, в котором мы видим, как рождаются, растут и влияют друг на друга герои классики. Александр Архангельский – известный российский писатель, филолог, профессор Высшей школы экономики, автор учебника по литературе для 10-го класса и множества видеоуроков в сети, ведущий программы «Тем временем» на телеканале «Культура».

Александр Николаевич Архангельский

Литературоведение
Русская Литература XIX века. Курс лекций для бакалавриата теологии. Том 1
Русская Литература XIX века. Курс лекций для бакалавриата теологии. Том 1

Юрий Владимирович Лебедев, заслуженный деятель науки РФ, литературовед, автор многочисленных научных трудов и учебных изданий, доктор филологических наук, профессор, преподаватель Костромской духовной семинарии, подготовил к изданию курс семинарских лекций «Русская литература», который охватывает период XIX столетия. Автору близка мысль Н. А. Бердяева о том, что «вся наша литература XIX века ранена христианской темой, вся она ищет спасения, вся она ищет избавления от зла, страдания, ужаса жизни для человеческой личности, народа, человечества, мира». Ю. В. Лебедев показывает, как творчество русских писателей XIX века, вошедших в классику отечественной литературы, в своих духовных основах питается корнями русского православия. Русская литература остаётся христианской даже тогда, когда в сознании своём писатель отступает от веры или вступает в диалог с нею.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Юрий Владимирович Лебедев

Литературоведение / Прочее / Классическая литература