Читаем Агния Барто полностью

Это глубоко современное стихотворение буквально рождено чрезмерной по временам деловитостью нашего века, когда инерция ежедневной суеты бывает столь велика, что взрослый человек и после всех служебных и домашних хлопот продолжает жить ею, падая в сон, будто в воду — с разбегу. Но дети, признавая жадные притязания времени на их пап и мам и даже послушно понимая родительские просьбы «не стоять над душой», когда те работают, все равно не могут (и никогда, вероятно, не смогут) примириться с тем, чтобы время нарушало и разрушало их душевную связь с самыми близкими и дорогими людьми.

Умиротворенно просительная и в то же время упрямо-требовательная интонация этого стихотворения завораживает. Словно теплые, мягкие волны детской любви накатываются на разогнанную ежедневным стрессом маму, властно и ласково обращают ее взор к ночным фонарям на улице и — что самое важное — к внутреннему миру маленького человечка, который, хотя и молчит, «как большой», тем не менее остается ребенком, нуждающимся в нежности, заботе и в простом человеческом внимании со стороны родного существа. Впрочем, говорят нам стихи, нужда эта обоюдна, особенно теперь, когда в спешке буден мы можем не только недодать человечности нашим детям, но и порастерять ту, какую сами получили в наследство от собственных матерей и отцов.

Угроза явно преждевременной прагматической трезвости и деловитости, ведущей к взаимному отчуждению, становится в наши дни настолько реальной, что и среди обитателей детских садов в канун Нового года раздаются звонкие голоса:

— Клавдия Ивановна, вы для нас Деда Мороза уже в Мосэстраде заказали?

«Дети и прежде знали, что Дед Мороз «не настоящий»,— замечает А. Барто в «Записках детского поэта»,— но им хотелось верить в него, в сказку, в праздничную выдумку. Раннее повзросление принесло многим из них и раннюю рассудочность. Одной из первых жертв оказался Дедушка Мороз. Потому-то я и написала стихотворение, шуточное, но с подтекстом». Стихотворение «В защиту Деда Мороза» вошло в книжку «Просто стихи».

Защищает Деда Мороза, вернее, свое право на сказочный, таинственный, игровой, фантастический, исполненный чудес мир, маленький мальчик — лирический герой стихотворения. Защищает от своего старшего брата, который упрямо доказывает, «что Дед Мороз совсем не Дед Мороз». Даже когда к ним в дом приходит бородатый старик в тулупе до пят, осыпанный снежком и «с большим серебряным мешком», полным подарков,— даже тогда старшему брату не терпится разоблачить обман и высказать младшему свою правду: «Да это наш сосед! Как ты не видишь: нос похож! И руки, и спина!» На что герой стихотворения, оберегая сказку от окончательного разрушения, с хитрецой отвечает: «Ну и что ж! А ты на бабушку похож, но ты же не она!»

На поверхности стихотворения — спор братьев, попытка старшего передать младшему свою прямолинейную рассудочность, выступающую в обличим знания и истины. В подтексте — позиция автора, принимающего сторону лирического героя. Эта позиция не исключает, а предполагает, как необходимый компонент подлинной человечности, поэзию, праздничность вымысла, способность к романтическому преображению реальности, отраженной в сознании.

По мысли писательницы, литература как раз и призвана к тому, чтобы воспитывать в ребенке поэта, развивать в нем душевную тонкость, чуткость, доброту. Барто мягко, с улыбкой, без назойливой дидактичности предостерегает маленького читателя от уподобления «Бестолковому Рыжику» (так называется одно из стихотворений сборника), который, вопреки прославленной в детских книжках дружбе кошек с собаками, «к дружбе не готов» и «рычит на всех котов». По этому поводу поэт с юмором, но, конечно, и не без дидактического умысла, замечает:

Многообразно воплощена в книжке «Просто стихи» тема труда. С трибуны VI Всесоюзного съезда писателей Агния Барто говорила: «Сегодня, как никогда, стихи о труде должны быть живыми, действенными, вызывать радость. Хотелось бы новых поворотов темы, масштабного и подлинно творческого ее решения». Именно эти качества присущи напечатанному в книжке стихотворению «Штукатуры». Оно отличается ясностью и завершенностью формы, скульптурной, необыкновенно выразительной пластикой.