— Так вы же мертвы, — сказал я, глядя в черные пустые глазницы черепа. — Вы уже сгнили. Идите в могилу.

— Могилу? — спросил Сергеев, осматривая поле боя, потом улыбнулся раздробленной челюстью и сказал: — Так это и есть моя могила. Я здесь и похоронен. Ты слышал про Валгаллу? Так это и есть Валгалла. Наша. Своя.

Грянул взрыв, я обернулся и увидел, как от восьмого и четвертого вагонов ничего не осталось. Тем временем танки северян и автономов сошлись почти в упор, но меня это мало волновало, я просто стоял и смотрел на своего сотника. Сгнившего в новгородской земле. А мы ведь даже тогда их не похоронили. Так увлеклись дележкой земли автономии, что просто забыли похоронить погибших в бойне за эту землю. Сергеев постоял, глядя на меня своими пустыми глазницами, затем подошел и дотронулся до медали на моей груди. Серо-черный ноготь дотронулся до позолоченного изображения поезда.

— Герой… — сказал он.

Я снял медаль и прицепил на прогнивший камуфляж сотника.

— Это ваша награда. Не моя. Простите меня. И Дениса простите. Он погиб в другой войне…

Автобус сильно тряхнуло, и я проснулся. Приподнялся с кресла и мрачно осмотрелся по сторонам. Было темно, полупустой автобус спал. После того как я вышел за кордоны, на дороге встретил этот транспорт с беженцами в Орду, с ними и уехал из проклятой Цитадели.

Я подложил руку под голову и закрыл глаза, пытаясь заснуть, но сон не приходил. Осознание неизвестности не шло у меня из головы. Я тупо смотрел в темноту за окном, слушал тишину и кутался в найденное на полке одеяло. Мне было некуда идти, некуда ехать, самый простой вариант — пробраться через кордоны Центрового агломерата и спрятаться дома. Но туда все равно придут, хоть раз, но придут. Поинтересуются, поспрашивают, поищут. Я задумчиво достал листок из нагрудного кармана и посмотрел на него. Развернуть или нет? Нет. Черт с ним! Запихнув листочек в карман, я достал второй кусок бумаги. На нем был адрес, единственный адрес, куда я мог поехать. Свернув листок, я снова уставился в окно. Спать не мог — опять будут эти лица. В который раз…

Двенадцать дней я добирался до пункта назначения, все эти дни думал только об одном — о правильности своего решения. Я чувствовал, что должен доехать. Должен добраться и сказать все, что хочу. Я ехал к ней. Той самой, которую видел один раз в жизни, а потом если и вспоминал, то в самые критические моменты, как бы прощаясь. Но которая осталась моим единственным светом.

Это мой последний рубеж.

Глава 13

Анна еще раз посмотрелась в зеркало и наконец, звякнув ключами, двинулась в путь. Стильные серебристые каблучки весело гремели по бетонному покрытию подъезда. Анна решила не ехать на лифте, а пошла по лестнице. Быстро спустившись на первый этаж, она остановилась и настороженно посмотрела на сидящего прямо перед ней на подоконнике человека. Это был молодой парень в новом странном камуфляже, который больше всего был похож на форму уборщика. Когда их взгляды пересеклись, он поправил свой рюкзак и поднялся на ноги, Аня шагнула вперед и посмотрела в его глаза. В тот вечер знакомства почему-то ей запомнился именно его взгляд — он был простой и в то же время пронизывающий насквозь. В ту памятную ночь она смотрела в его глаза и поражалась их красоте — теперь же перед ней был совершенно другой человек. Дело не в том, как он был одет или как выглядел, — другими были глаза. Нет, цвет их был тот же, поменялся сам взгляд. В его глазах словно горело яркое пламя. Молодой человек взял своими разбитыми руками ее маленькую ладошку и сказал:

— Я пришел. Я знал, что найду тебя.

— Андрей. — Аня наклонила голову и сказала чуть слышно: — Пожалуйста, не надо. Нам больше нельзя видеться, прошу — уходи.

— Нет! — Он помотал головой. — Я никуда не уйду. Я чувствую. Чувствую тебя, ты нужна мне, как воздух, и никуда я не уйду. Я прошел по всей стране, но только теперь понял, что мне нужно. Мне нужна ты, единственный человек для меня.

— Прошу тебя, — умоляюще проговорила Аня, — так будет лучше. Для меня и тебя. Ты ничего не понимаешь…

— Я все понимаю, — твердо сказал Андрей, глядя прямо в ее бездонные глаза. — Я тебя люблю и никуда не отпущу. Я заберу тебя с собой и никто меня не остановит. Что я буду делать без тебя? Ну что? Скажи мне! Остается только умереть, вот и все. Это не просто слова, это действительно так.

— Я тебя люблю, — прошептала Аня со слезами на глазах, он хотел подойти к ней, но она отстранила его левой рукой и подняла правую. — Прости.

…Выстрела я не услышал, только легкий хлопок. Согнувшись вдвое, я посмотрел в ее заплаканные глаза и протянул руку вперед. Сознание еще не начинало затуманиваться, я чувствовал дикую боль в боку, но не кричал. Я не мог, просто протянул руку и держал ее. Аня обняла меня и тихо прошептала: