— Нет! — ответила Лера. Ее лицо от бледности стало просто белым, маленькая хрупкая девочка словно приросла к стене. Она со слезами на глазах сказала: — Димочка, пожалуйста, не отдавай меня им!

Трясущимися руками она приподняла копну своих русых волос и повернула голову; на ее тоненькой шее отчетливо выделялось иссиня-черное пятно.

— Я только сегодня заметила… — У нее дрожал голос. — Это же просто пятно, да? Это же не страшно?!

Дверь распахнулась от удара бесцеремонного плеча, в проеме показалась приземистая фигура мортуса.

— Что вы себе позво… — крикнул Дима и захлебнулся кровью.

Короткая очередь из автомата сбила его с ног. Дима завалился на спину и забился в агонии. Лера, вскрикнув, бросилась к мужу, но сильные руки схватили ее и прижали к стене. Девушка замерла от ужаса, когда лицо в страшной маске противогаза приблизилось к ней вплотную. Какое-то время командир мортусов молчал, со свистом дыша сквозь маску. Затем руки в прорезиненных перчатках повернули ее лицом к стене, подняли волосы на шее, и глухой голос проговорил:

— Ситуация «цэ».

— Командир, — один из мортусов наклонился к трупу Димы и показал на небольшое темное пятно на его лодыжке, — тут тоже «цэ». Свежий переход, через час-два появится опасность заражения. Если он ночью никуда не выходил, значит, никого не смог заразить.

Третий мортус покопался в тумбочке рядом с кроватью, достав несколько украшений, он сунул их в походную сумку. Потом начал копаться в серванте. Тем временем командир достал шприц и ловко воткнул его в руку девушке; и до того полумертвая от страха, она сразу обмякла и стала заваливаться на пол. Командир подхватил ее легкое тело и скомандовал:

— Квартиру опечатать. Эту «цэшку» отвезем в центр. Действуйте!

— Есть! — ответил третий мортус, прекратив копаться в серванте.

Дверь квартиры была аккуратно закрыта на ключ и опечатана. Поверх замочной скважины оставлена небольшая наклейка в виде мертвой головы. Безвольное тело Леры упаковали в прозрачный герметичный мешок со специальным автономным источником для дыхания. Через несколько минут от дома уже отъезжал микроавтобус.

Сидя в салоне, один из подчиненных спросил командира:

— Олег, а как ты понял, что они больны? Оперативной информации по ним не было.

— Чутье, — хмыкнул главный, — просто чутье.

Машина смерти взвизгнула на повороте тормозами и понеслась в ночь по улицам умирающего города.

Глава 11

Из статьи «Внешний друг» в газете «Русский Север» от 23 ноября 2025 года

«…Вот уже неделя, как вскрыт и вырван с корнем больной нарыв в самом сердце нашей Родины. Бывшие Свердловская и Тюменская области, объединенные в первые годы революции в агломерат под названием Цитадель Сибири и Урала, ушли в историю. Цитадели больше нет. Партизанские отряды в одну ночь уничтожили полумиллионную Тюмень. В результате их дерзкой вылазки в этот центр позора России священный огонь возмездия сжег рассадник Зла. Отважные бойцы совершили беспримерный подвиг, сумев поджечь нефтяные хранилища города, они сделали первый и главный шаг по освобождению граждан от тирании кучки бандитов с автоматами, засевших на бочке с нефтью. Доблестные воины смогли эвакуировать большую часть мирных жителей, там самым спасли тысячи и тысячи жизней.

Другая трагедия разыгралась уже после гибели Тюмени. Екатеринбург, первая столица Цитадели, сейчас блокирована войсками Союза Двенадцати областей и Татаро-Башкирской Орды. В городе разразилась эпидемия неизвестной болезни, которая ежедневно уносит тысячи жизней. Сотни ученых по всей стране ищут средство от этой болезни. Несмотря на то что криминальное руководство Цитадели отметает все предложения о сдаче города и принятии медицинской помощи, соотечественники все равно пытаются помочь населению, вырвать его из-под власти сошедшей с ума кучки уголовников с оружием в руках, которая держит в страхе миллионный город. Восемь раз солдаты Цитадели пытались атаковать внешние кордоны, но отважные воины Союза 12 смогли удержать распространение эпидемии.

Однако гибель Цитадели поставила другой вопрос: как быть с Китаем? Когда страна разваливалась и распадалась, китайские войска захватили треть России. Пока мы грызлись между собой, против иностранного нашествия на нашу страну боролась всего лишь горстка партизан… Тогда они были одни, и никто не пришел к ним на помощь, теперь восточная граница нашей страны — Омская область. Петропавловск-Камчатский до сих пор в негласной блокаде…»

22-й день карантина