Читаем Агент Омега-корпуса полностью

— Да? — вздрогнул Буйвол. — Надо разобраться с этим как можно скорее. Я пошел в рубку! — Он резко поднялся, кивнул остальным и вышел.

— А ты как думаешь? — спросил Эрчер, но Поль тоже встал: — Если ты не против, я отдохну перед сеансом Демиурга. Что-то голова разболелась. — И покинул зал квадриона.

Седьмой день 02 ч. 25 м.

— Честно говоря, в этой ситуации меня больше всего беспокоят не люди и даже не Мастера, а те штуки, которые способен выкидывать Демиург.

Барк сидел напротив Вириста, и тот из-под полуопущенных век рассматривал этого человека. Барк недаром был конвоиром. Весь его вид и манера говорить — отрывистая и одновременно очень. спокойная — подтверждали первое впечатление: за кажущейся расслабленностью в нем чувствовалась готовность к молниеносной атаке, к решительным и жестким действиям. Среди сициан таких людей не было. Требовалась определенная молодость культуры, чтобы выращивать их — готовых к борьбе, к напряжению схватки, к моментальной бурной атаке. Напарник Вириста Уко Фток был лиогянином лишь наполовину, но и в нем проявлялись эти черты. Однако мать Фтока все же была сицианкой, и это не могло не придать его характеру известной мягкости.

— Они так слепо верят в этого дурацкого Демиурга с его ахинеей! — Барк поморщился. — А эти проклятые гипноуроки… Они перепахивают сознание, особенно если нет твердой установки в голове. Люди на глазах превращаются в повторяющих чушь марионеток. Мне тоже довелось хлебнуть этого. Нас сажали в маленьком душном зале группой человек по двести. Свет, конечно, выключался. Так проходило, несколько минут, и вдруг все менялось…

Барк нахмурился. Густые, сросшиеся на переносье брови надвинулись почти на самые глаза.

— Возникало впечатление, что ты проваливаешься в какую-то иную реальность. Только что ты сидел в душной комнате, и вдруг открывается необъятный белоснежный простор, куда ни посмотришь — ты один, и больше нет ничего, никого… — Он пожевач губами, словно подбирая слова. — Какой-то странный сплав чувства одиночества и ощущения присутствия сверхъестественного существа, которого не видно, не слышно, но оно рядом… Я не знаю, трудно это выражать в словах… Словно тебя осматривают со всех сторон и изнутри. Колоссальное воздействие. И потом начинают появляться чужие слова, чужое зрение, чужие мысли. Понимаешь, мы по-настоящему видели, а не только чувствовали то, что вещал Демиург.

— Что именно? — спросил Вирист.

— Примерно одно и то же, но всегда по-разному. Теперь-то я знаю, что это просто работали разные Мастера, и точного совпадения быть не могло. Честно говоря, первые гипноуроки меня потрясли. Никогда еще не доводилось сталкиваться с таким напором и мощью. Сначала я даже боялся, что здесь проявляется экспансия агрессивного негуманоидного разума. Но потом понял, что это чисто человеческие штучки. Уж слишком явно сквозило стремление к мировому господству. Это мы помним. Слава Богу, я родился на Лиого и проходил историю. У меня на такие. вещи нюх острый. Понимать-то понимал, но сопротивляться не было сил. Демиург слишком силен. Но в конце концов мне удалось выработать тактику: на этих гипнодолбежках я полностью расслаблялся, пропускал через себя все, как поток воды через сито. А потом, когда каждую свободную минуту повторные видения норовили прорваться в сознание, я старался гнать их усилием воли.

— Эти гипноуроки перемалывают каждого?

— Ну что ты! Они срабатывают только на слабых и не уверенных в себе людях. Определенная часть рэбберов, процентов тридцать, только делают вид, что беспрекословно подчиняются Мастерам. Но, не зная, что на самом деле представляет собой Демиург, не отваживаются на решительные действия. Ну, а после появления на Параде вашего Блосса даже самые отупевшие рэбберы затрепетали: как-никак он считается духовным отцом движения. С Блоссом вы верно рассчитали. В точку. — Барк рассмеялся коротким грудным смехом. — Это здорово подействовало на заблудшие души. Надо и дальше работать в таком ключе.

— Ты пытался склонить кого-нибудь на свою сторону?

— Агитировать? Ха! Своих видать издалека, а с остальными… После того как техник нашей роты влепил мне заряд АМА, я пять часов провалялся в беспамятстве, и охота разговаривать пропала., - Но все же большинство рэбберов пока на стороне Мастеров?

— А разве вам удалось уничтожить Демиурга?

Вирист пожал плечами.

— А может быть, вам известны способы защиты от его излучений?

— Не знаю.

— Вот видишь. Поэтому они хоть и сомневаются, но выполняют приказы. Пока выполняют.

Капитан Ю-Стега задумался. Операция все еще висела на волоске. Когда они с Фтоком на катерах восставших рэбберов двинулись в сторону тайного космодрома, Моросанов все еще боролся с Демиургом. Исход этой схватки был под вопросом. Честно говоря, Вирист вообще не понимал, как Илья может так долго сопротивляться биошару Мастеров. И если он проиграет, все будет кончено. Демиург в два счета подавит восстание. Но Хеликс предсказал, что «Миссия Эдип-Ь выполнит свою задачу…

Дверь отворилась, и в рубку вошел повстанец: