Читаем Агапея полностью

Но как же Агапея?! Девочка буквально умоляла прекратить этот неприятный и почти злобный диспут. Она готова была разрыдаться, и слёзки выступили на глазах… Агапея уже опустилась на колено… Каждый родитель бросится успокаивать собственное плачущее дитя, обдувать ранку на маленькой ручке, целовать царапины на личике или коленке и заглаживать ушибы на теле после падения. Так же и Антонина мгновенно устремилась к девочке и не позволила ей встать на колени полностью. Она изо всех сил обняла её и прижала кучерявую черноволосую головку к груди. Девочка продолжала тихо плакать. Молчал и Михаил, растерянно уставившись в окно, за которым наступил самый поздний вечер.

— Всё хорошо, доченька моя. Всё будет хорошо. Ты будешь счастливой обязательно. На этом человеке жизнь не заканчивается. Пойдём, я тебя уложу в постель. Мы завтра поговорим.

— Миша, ты обещаешь не ссориться с бабулей? — всё ещё плача, обратилась девушка к жениху. — Обещай мне сейчас. Что ты молчишь, Миша? Ты так и уйдёшь?

Потенциальный зять молча встал, провёл по голове Агапеи рукой, забрал со стола телефон и, прежде чем уйти, услышал от Антонины:

— Я полагаю, Михаил, вам есть о чём подумать. И можете сообщить своим родителями позицию мамы невесты. Да, на будущее… Без разговора с ними не только благословения не дам, но и о свадьбе никакой речи не может быть. Надеюсь, они сами откажутся от родства со мной. И ещё. — Женщина сделала паузу, набрала воздуха и закончила: — Это я теперь должна бояться за будущее моей дочери. Она, к сожалению, влюблена именно в вас. Но и это пройдёт. Уходите и не возвращайтесь в наш дом никогда.

Всё время их натянутого диалога Антонина Георгиевна говорила спокойно, тихо, правильно расставляя ударения и акценты. Не случайно говорят, что большая река несёт свои воды тихо, а мудрый человек доносит свои мысли, не повышая голоса.

Михаил вышел из кухни, опустив голову, и покинул дом Антонины, тихо прикрыв входную дверь.

* * *

Всё рухнуло. Всё, о чём мечтала и чем жила последние дни и недели ещё вчера счастливая Агапея, испарилось. Неужели дальше ничего не будет? Значит, не будет его нежного баритона и сильных рук, весёлых прогулок по паркам и катаний на машине вдоль моря? Также не будет ласковых поцелуев и осторожных касаний её лифчика, под которым вздымалась возбуждённая упругая грудь? А как быть со свадьбой, для которой уже куплено шикарное платье и приготовлены обручальные кольца? Как сказать всем приглашённым, знакомым, родственникам и друзьям Миши, которых она теперь уже не узнает никогда? Она никогда не окажется с ним в одной постели? Она ведь так мечтала об этой самой главной ночи в её пусть короткой, но очень настоящей и пламенной любви к её Михаилу. Всё это нужно будет вычеркнуть из жизни и успокоиться в ожидании другого счастья? Ради чего? Что же мешает ей не дать случиться такой катастрофе? Бабушка? Но она не может желать ей плохого. Они просто не сошлись во взглядах, и Мише стоило проявить чуточку такта к пожилому человеку, пусть даже имеющему противоположное мнение в политике…

К чему эта политика? Зачем она здесь? Не надо её вплетать в семейные отношения. Агапея очень хочет сохранить для себя Михаила. В конце концов, он не фашист или бандеровец, которые ходят по пляжам и бульварам, демонстрируя татуировки с изображениями свастики, профилей Гитлера или Бандеры. Он никогда не выпячивал ярой преданности им, и она никогда не слышала, чтобы он участвовал в каких-то акциях с факелами и стягами. Правда, однажды в телефонном разговоре он проронил фразу «героям слава», но тут же объяснил, что отныне в армии это является ответом на приветствие «слава Украине». Всё равно как раньше «здравия желаю». Это же чепуха, которая не может полностью разрушить её жизнь…

Бабушку жалко, и очень обидно, что они не нашли общего языка с Михаилом с самого начала, но ведь жить дальше Агапее самой, и она сама решит, как поступать. Для неё сейчас Миша и есть олицетворение той самой судьбы, которую хочет разрушить бабушка-мама. В ней просто кричит ревность к человеку, которого внучка-дочь полюбила всем сердцем и ему же готова теперь посвятить свою жизнь, оторвавшись от родительского попечения. Да, это ревность, и она обязательно пройдёт. Она улетучится, когда появятся внучата-правнуки. Она исчезнет, когда бабушка убедится, как Агапея купается в счастье. Обязательно так и будет, и чтобы это случилось, следует самой сделать шаг навстречу своему счастью. Вот взять и самой его сделать. А бабушка позже простит и примет свою любимую и единственную внучку в свои объятия…

* * *