Всякому приятно свое собственное пение.[1366]

Без содействия рук всякая речь слаба и недостаточна.[1367]

Притвориться философом можно, а оратором нет.[1368]

Лучше, чтобы одобрили дело, защищаемое оратором, нежели самого оратора.[1369]

Злоязычный от злодея отличается только тем, что первый не имеет случая злодействовать на самом деле.[1370]

Хорошо говорить и хорошо писать – одно и тоже.[1371]

Только то дело кажется долгим, которое делаешь без охоты.[1372]

И в старости можно научиться всему, была бы охота.[1373]

Счастливы были бы искусства, если бы о них судили одни художники.[1374]

Не для того я живу, чтобы есть, а ем для того, чтобы жить.

Практика без теории ценнее, чем теория без практики.

Правда, законность, добродетель, справедливость, кротость – все это может быть объединено в понятии «честность».

Силу нужно поддерживать постоянным упражнением.

Что может быть честнее и благороднее, как научить других тому, что сам наилучшим образом знаешь?

Отучить от чего-нибудь – труд более тяжелый и первоочередной, чем научить чему-то.

Учиться никогда не поздно.

Тот, кто быстро пишет, не научится писать хорошо; но тот, кто пишет хорошо, научился писать быстро.

Главное в ораторском искусстве состоит в том, чтобы не дать приметить искусства.

Слишком старательные поиски слов часто портят всю речь. Лучшие слова – это те, которые являются сами собой; они кажутся подсказанными самою правдой.

Сила духа и страсть делают людей красноречивыми.

Письменные упражнения шлифуют речь, а упражнения в речах оживляют письменный стиль.

Всякое слово где-нибудь да оказывается подходящим.

Краткость речи не должна лишать ее изящества, иначе речь будет груба.

В языке нянек не должно быть погрешностей.

Что говорится в народе, то, не имея определенного автора, становится как бы общим достоянием.

Есть такие краткие изречения или пословицы, которые всеми приняты и употребляются. Такие изречения не переходили бы из века в век, если бы всем людям не казались истинными.

Только случай мешает человеку злоречивому стать злодеем.

От смеха недалеко до высмеивания.

Судят люди невежественные, и часто их нужно обманывать, чтобы они не заблуждались.

Свобода и распущенность – понятия одно другому совершенно противоположные.

То, что в одних случаях называется свободой, в других – называется распущенностью.

Совесть – тысяча свидетелей.

Если война причина зол, то мир будет их исцелением.

Уничтожь деньги – уничтожишь войны.

Лучше отказаться от острого словца, чем от друга.

Честолюбие само по себе, может быть, и порок, но оно часто является источником достоинства.

Лжец должен обладать хорошей памятью.

Кто ни с кем себя не сравнивает, тот, естественно, мнит о себе слишком много.

Ничто так не обязательно всему роду человеческому, как медицина.

Всему свойственна своя прелесть.

Ничто не сохнет легче слез.

Клавдиан Клавдий

поэт, по происхождению грек, из Александрии

Поздно признаваться в ошибке, когда весь корабль под водою.

Помышляй не о том, что ты можешь сделать, а о том, что должен.

Будь первым исполнителем своих приказаний.

Настоящая победа только та, когда сами враги признают себя побежденными.

Присутствие уменьшает славу.

Клавдий Элиан

прозаик

Слава (…) не имеет ни безошибочного глаза, ни совершенного слуха и поэтому нередко впадает в ошибки.[1375]

Любящим нравится, поссорившись с возлюбленным, мириться с ним вновь, – ничто не может доставить им большего удовольствия.[1376]

Залевк из Лотр ввел множество справедливых и полезных законов, один из них таков: буде во время болезни житель Эпизефирийских Локр без совета врача выпьет неразбавленного вина, даже если выздоровеет, будет наказан смертью, так как отведал того, что ему не было предписано.[1377]

На острове Крит (…) полагалось заучивать законы вместе с определенной мелодией, чтобы благодаря музыке легче запоминались слова, и, преступив какой-нибудь запрет, нельзя было отговориться неведением.[1378]

Деньги что еж, которого легко словить, но непросто удержать.[1379]

Тираническая власть не переходит дальше второго колена – оно либо сразу, как сосну, подрубает жизнь тирана, либо отбирает у наследников.[1380]

Во времена, когда митиленцы еще удерживали свое морское господство, они наказали отложившихся от них союзников, запретив им обучать своих детей грамоте и музыке, ибо считали самым тяжким лишением не уметь читать и писать и не иметь понятия о музыке.[1381]

Мир постепенно изнашивается.[1382]

Надежда – сновидение бодрствующих. (Со ссылкой на Платона).[1383]