Читаем Афанасьева, стой! полностью

Странные нынче времена. Любовь за деньги – старо как мир. Но дружба за деньги? Что-то новенькое. И как спокойно мальчик говорит об этом! Как о чём-то само собой разумеющемся.

Мы получили контакты Игоря и договорились с ним о встрече.

– Дикость какая! – выпалила я уже в машине. – Друг за деньги!

– Что поделать, Афанасьева, в такое время живём. Всё покупается, всё продаётся, – глубокомысленно изрёк Семёнов. – Поэтому нужно поднапрячься и вскарабкаться если не на верхушку пищевой цепи, то хотя бы поближе к ней.

– Ага. А потом покупать любовь и дружбу. Паршивые перспективы, не находишь? Пожалуй, останусь там, где есть.

Я живо представила себе, как в интернете появляются объявления: «Друг на час. Недорого». А затем, как грибы после дождя, растут и множатся разного рода агентства, предлагающие услуги проверенных друзей с хорошими рекомендациями. Жуть! Озвучила посетившие меня мысли. Семёнов посмеялся надо мной.

– Пещерный ты человек, Афанасьева. Всё это уже имеется. Не веришь, погугли и убедишься.

Не поверила. Погуглила. Убедилась.

– Этот мир сошел с ума!

– И довольно давно. По неподтвержденным данным, где-то в момент Большого взрыва или около того. Остается смириться и приспосабливаться.

– А если я не хочу приспосабливаться?

– Значит, вымрешь, как многие представители флоры и фауны, разделявшие твои взгляды на жизнь.

– Ты же это не всерьёз? – поинтересовалась я с нескрываемой надеждой.

– Странный вопрос. Конечно, не всерьёз. Я не стремлюсь жить в продезинфицированном мире, где у друзей и любимых есть гарантия от производителя и установленный срок службы. И уж тем более мне не хотелось бы общаться с людьми, которым я интересен не как личность, а как сумма на банковском счёте. Я хочу, чтобы меня искренне любили и так же искренне ненавидели.

– Со вторым пунктом, думаю, сложностей не возникнет, – хмыкнула я.

Игорь жил в обычном панельном доме, в двухкомнатной квартире, вместе с мамой – преподавателем одного из московских вузов. Следов присутствия взрослого мужчины на территории не обнаружилось. Мама Игоря оказалась женщиной с внушительными формами и вызывающей трепет родословной. Она была дочерью профессора, внучкой профессора, правнучкой профессора. О нанимателях сына отзывалась снисходительно и небрежно.

– Зачем вашему сыну такая работа? – поинтересовался Семёнов.

– Пусть учится жить в реальном мире, – последовал прохладный ответ. – В будущем ему не раз пригодятся навыки общения с людьми из разных социальных слоев.

– С детьми из неблагополучных семей он тоже дружит? С местными хулиганами, например?

– Мне непонятна ваша ирония. Мы живем в хорошем районе. Здесь нет молодёжных банд. И я не ограничиваю сына в выборе друзей. Если они ему соответствуют, конечно.

Игорь, несмотря на наличие деспотичной матери, оказался довольно живым и непосредственным ребёнком. Перед нашим приходом он делал уроки, которые тут же отложил, едва узнал, в чём дело.

– А вы, что ли, из этих? – с восторженным любопытством поинтересовался подросток.

– Что вы имеете в виду? – Семёнов выжидательно покосился на собеседника, готовясь услышать какое-нибудь непотребство.

– Ну, типа тех, что в «Секретных материалах».

Я тихо фыркнула. Семёнов же приосанился.

– А вы очень догадливы, юноша. Но это должно остаться между нами.

– Само собой! Я тоже туда пойду работать, когда вырасту. Только маме не говорите, она не одобрит.

Семёнов торжественно поклялся сохранить полученную информацию в тайне. Игорь засыпал новоявленного Фокса Малдера каверзными вопросами. Напарник отбрехивался как мог.

Я тем временем осмотрела книжные полки. Научно-популярные тома по физике и астрономии перемежались с трудами античных и средневековых философов. На столе лежала «Божественная комедия» с закладкой на середине книги. Неужели мальчик всё это читает? А как же детская, ну хорошо, пусть не детская, но приключенческая литература? Фантастика? Хайнлайн, Брэдбери, Желязны, Толкиен в конце концов? Или что сейчас в моде у подростков.

– Эти книги мама купила, – заметил мой интерес Игорь.

– И как? Нравится?

– Не особенно, – вздохнул мальчик, – Ну, там, про астрономию и физику интересно, а всё остальное жуть как скучно. Только вы…

– Не скажем, – хором ответили мы с Семёновым.

– А вообще, мне фантастика нравится. Космическая, ну и про эльфов тоже. Мы с Димой даже играем в героев Толкиена и Сапковского. У Димы есть настоящий меч. Представляете? А ещё мы в «Варкрафт» рубимся. Дома нельзя, а Диме родители разрешают.

– Здорово! – сказала я. К счастью, Игорь оказался нормальным подростком, пусть и будущим профессором. Но даже у профессора должно быть детство. С битвами на мечах и страшными тайнами. – Маме не скажем, не переживай. В играх ты кем любишь быть?

– Я – ночной эльф. Но вы, наверное, не это хотели обсудить.

– Не это, – согласилась я. – У Димы вчера пропал брат. Гордей. – Игорь кивнул, давая понять, что уже в курсе постигшего семью нанимателя горя. – Может, ты видел незнакомых людей в квартире Димы или поблизости?

– Нет, ничего такого.

– Никаких странностей накануне?

– Ну, были странности. Но они обычные. Ничего особенного.