Читаем Адвокаты Гитлера полностью

«…Отделам ПП корпусов и дивизий письменных директив в части не давать. Задачи политработы ставить устно через своих представителей.

Настоящую директиву немедленно полностью довести до нач. политорганов соединений…»

(ЦАМО, Ф. 344, оп. 5564, д. 1, л. 47. Подлинник. ВИЖ № 5 1989, с. 51).

Также, помимо письменных Директив НКО и ГШ, были и личные устные распоряжения наркома:

«Минск

Комвойсками ЗапОВО лично.

Расшифровать и вручить немедленно.

Народный комиссар обороны приказал о ходе передислокации войск, проводимой на основе полученного от него личного приказа, доносить к 22.00, добавляя в адрес лично Ватутину.

Ватутин. 17.06. 1941 г.» (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2513, д. 9, л. 76).

«Минск

Комвойсками ЗапОВО лично.

Немедленно телеграфируйте заявку на ж/д перевозки, связанные с передислокацией согласно личного указания НКО.

Ватутин. 17.06.1941 г.» (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2513, д. 9, л. 78).

А вот про эти личные приказы и указания Тимошенко наши маршалы постарались не вспоминать в своих мемуарах вообще.

Также интересно рассмотреть этот вопрос и затронутые в нём директивы ГШ от 10–12 и 18 июня по воспоминаниям… пограничников. В мемуарах М. Г. Паджева, начальника заставы 94-го погранотряда КОВО, рассказывается, что «сразу после первомайского праздника части прикрытия (округа) выделили на наиболее угрожаемые направления свои подразделения» в составе стрелкового батальона, танкового взвода и артбатареи, которые к середине мая полностью окопались для обороны границы. Сделано это было из-за того, что ранее на сопредельной стороне, в Венгрии, к границе начали стягиваться немецкие войска.

Уже «в первых числах июня стало известно, что (на той стороне) началось отселение чиновников из пограничных районов в глубь страны. Это не просто выселяли „неблагонадёжных”, как поначалу думали мы. Отселяли всех, а власть передавалась военной администрации». Однако «за неделю до начала войны», т. е. 15 июня, пришёл приказ отвести части усиления этой заставы от границы. Как заявил командир батальона: «Получен приказ убыть на манёвры».

И вот тут появляется соблазн заявить, что армейцы бросали пограничников на произвол судьбы, что есть некое «предательство» в этом отводе. Однако это не так. Дело в том, что вывели эти подразделения на границу из-за появившихся в начале мая на границе немецких и венгерских войск. Отдельным приказом по округу и по согласованию с Москвой.

В связи с ожидавшимся нападением Германии 15 мая!

А вот отвод после 15 июня частей усиления подразумевался директивами ГШ от 10–12 июня, в которых п. 2 гласил: «Приграничные дивизии оставить на месте, имея вывод их на границу в назначенные им районы… будет произведён по особому моему приказу». Т. е. снова занять свои окопы на границе эти части могли только по особому приказу ГШ. Однако перед 22 июня до последнего запрещалось выдвигать войска в предполье, на саму границу. Даже в черновике «Директивы № 1» от 21 июня вычеркнули слова о занятии укреплений в предполье, на самой границе:

«3. Приказываю: