Читаем Адмирал Империи 24 полностью

И вот, когда последние корабли Северного и Черноморского космофлотов будут им уничтожены, никто и ничто не сможет остановить движение 1-го «ударного» к «Новой Москве» и «Тульскому Промышленному Поясу». Балтийский космофлот по-прежнему стоит в системе «Сураж» сдерживая атаки 3-го «вспомогательного» флота американцев, наш Тихоокеанский космофлот — единственный оставшийся целым и пока не принимавший участия в войне, разбросан по всем звездным системам Империи в ее дальних секторах. Оба эти флота чисто физически не успеют прибыть к столичной звездной системе и прикрыть ее собой, так что у «янки» после, повторюсь, гибели последних дивизий Дессе и Самсонова, появляются все шансы без шума и пыли захватить «Новую Москву»…

Именно поэтому я так полюбил считать количество кораблей наших и противника. И именно поэтому сейчас, оставшись на своем «Одиноком» у переда «Таврида-Тарс» так расстраивался собственным невеселым мыслям. Мыслям, которые постарался развеять Дамир Хиляев, связавшийся со мной с мостика «Ретвизана».

— Александр Иванович, что нос повесил? — подмигнул мне вице-адмирал, который только что поучаствовал в скоротечной битве у перехода, где мы без особого труда раскатали по космосу вторую османскую группу вторжения. — У нас с тобой и Беловым тринадцать вымпелов, пусть и не таких мощных по характеристикам, но действующих слаженно, а значит, имеющих все шансы на победу… Посмотри как быстро мы разделались с галерами султана Селима, при этом, не потеряв ни одного собственного корабля… Если криптотурки будут настолько же беспечны, как и сейчас, мы перехлопаем весь космофлот адмирала-паши Бозкурта, что стоит сейчас по ту сторону портала…

— Не все так просто, Дамир Ринатович, — покачал я головой, указывая на черное потухшее кольцо перехода. — Видите, оно не активируется, хотя после очередного выброса энергии прошло уже более часа… Что бы это значило?

— Обычная задержка со стороны «Тарса», — пожал плечами вице-адмирал Хиляев. — Не волнуйтесь, османы все равно прибудут, пусть и чуть попозже…

— В том, что прибудут, я не сомневаюсь, — ответил я. — Но вот кто зайдет в третьей группе вторжения? Именно этот вопрос меня мучает больше всего…

— Мы готовы в любом случае, — уверенно произнес Дамир Ринатович, оставшийся, как известно за старшего эскадры у перехода, и который лично расставлял вверенные ему корабли на позиции и точно знал, что их команды и канониры находятся сейчас в режиме полной боевой готовности.

— Это как сказать, — я снова начал брюзжать. — Мы только что раскатали под орех легкие галеры противника, именно потому, что враг ожидал, что сломал нашу оборону своей первой группой вторжения в виде двух линкоров и двух авианосцев…

— Которые мы тоже обезвредили, а последние вы еще и так ловко затрофеили, — перебил меня, Хиляев.

— Обезвредили, но помните с каким трудом, — не согласился я. — Еле-еле целая эскадра в несколько десятков кораблей смогла разделаться всего лишь с двумя дредноутами султана. Сейчас же нас в секторе перехода в три раза меньше… А если враг догадается, что у него в «Тавриде» не все так гладко и снова введет в систему свои линкоры, что тогда будем делать?

— По составу последовавшей за своим авангардом группы не скажешь, что султан с пашой Бозкуртом о чем-то таком догадываются, — хмыкнул Дамир Ринатович, качая головой.

— Вот я вам и намекаю на таймер активации портала, — нервно бросил я, устав доказывать Хиляеву свою правоту и всю серьезность положения, в котором мы оказались.

— Что вы имеет в виду? — не понял вице-адмирал, немного напрягшись. Хиляева, после всех его злоключений в «Тарсе» точно нельзя было обвинить в шапкозакидательстве. — Что задержка связана с тем…

— С тем, что османы уже знают о гибели двух своих передовых групп и сейчас срочно перегруппировываются, собираясь ввести через портал корабли совершенно другого класса, — ответил за него, я.

— Но, каким образом султан и адмирал Бозкурт узнали о том, что мы уничтожили их авангард, ведь чтобы сообщить им об этом, необходимо, чтобы назад в «Тарс» ушел хотя бы один уцелевший корабль, ну либо на худой конец разведывательный зонд, — удивился Хиляев, разводя руками и до сих пор не понимая, почему я так уверен в своих догадках.

— Очень просто, — отмахнулся я, вздыхая и вспоминая всех тех адмиралов наших флотов, о которых думал минутой ранее, обвиняя тех в излишней самоуверенности и нежеланию применять голову по назначению.

К сожалению, взирая сейчас на простодушное лицо Дамира Ринатовича, я в очередной раз убеждался в своей правоте насчет мыслительных способностей нашего высшего флотского командования.