Читаем Адепты Тьмы полностью

— А, старые дружки, — произнес Уркратос, входя в капитанскую рубку «Кузнеца преисподней».

Демоны, управлявшие «Кузнецом преисподней», посмотрели на него с такой откровенной ненавистью, что она брызнула из их глаз черными каплями отвращения. В команде главного крейсера «Кузнец преисподней» было собрано сорок восемь демонов, и каждый из них был рабом одной из частей корабля. Обрядами более древними, чем история человечества, он был подчинен любому приказу Уркратоса.

В длинной и низкой капитанской рубке было дьявольски жарко и пахло как в камере пыток. Стены и потолок покрывали бесчисленные выбоины, из гниющего железа сочилась кровь. Единственным источником призрачного света служило голографическое изображение с тактического экрана, которое Уркратос использовал вместо обзорного дисплея. Наросты сложных механических и электронных устройств покрывали стены, пол и потолок мрачными опухолями. Древние автоматические регистраторы, шипя струйками пара и рассыпая искры, поддерживали злобный и мстительный дух «Кузнеца преисподней».

Демоны, объединившиеся с различными органами управления корабля, при всех своих устрашающих мускулах, клыках и когтях были совершенно беспомощны перед властью Уркратоса. У одних имелись острые, как бритвы, клещи, у других — десятки паучьих ног с крошечными зубастыми присосками или пучки извивающихся конечностей, способных удавить врага в объятиях. Были среди них и более ужасные и опасные существа, но никто из демонов, как бы ему этого ни хотелось, не смел напасть на Уркратоса или ослушаться его приказа.

Уркратос прошел вглубь капитанской рубки. В центре, примерно в метре над полом, светилась голографическая проекция Каэронии шириной в несколько метров. Отличная планета — темная и настолько пораженная заразой, что с первого взгляда можно понять, как сильно здесь влияние варпа. Вокруг нее в сложном и непредсказуемом танце кружились астероиды; их перемещения подчинялись заклятию, благодаря чему ни один, даже самый совершенный регистратор был не в силах рассчитать маршрут движения. Поле астероидов не позволяло чужим кораблям, находящимся сейчас на средней орбите планеты, высадить на поверхность хоть сколько-нибудь значительные силы. А это, в свою очередь, означало, что имперские корабли, зачем бы они сюда ни явились, не могли завладеть подношением Каэронии, предназначенным для Уркратоса.

А подношение было поистине великолепным.

— Покажи мне наши позиции, — приказал Уркратос.

Отвечающий за голографические проекции демон — омерзительное приземистое существо с десятками глаз, — не переставая бормотать, сплел в воздухе новое изображение. В некотором отдалении от проекции планеты появилась флотилия Уркратоса. Она состояла из главного крейсера «Кузнец преисподней» под личным командованием Уркратоса; крейсера «Исход», ощетинившегося дулами орудий; боевой баржи «Кадавр», на которой базировалось звено штурмовиков «Коршун», и трех кораблей сопровождения класса «Язычник», образующих эскадрилью «Заслон».

«Исходом» командовал огромный демон, представлявший в одном лице весь экипаж судна. Его пронизанные нервными окончаниями щупальца достигали всех уголков массивного тяжеловооруженного крейсера. С «Исхода» также осуществлялось управление «Язычниками» эскадрильи «Заслон», с которыми демон, казалось, был связан родственными чувствами. Боевая баржа «Кадавр» была отдана под командование Трижды-Изувеченного Креатака — одного из лучших боевых пилотов последних двух столетий, возглавлявшего также звено элитных штурмовиков «Коршун».

Такого количества кораблей было более чем достаточно, чтобы забрать подношение и доставить его в Око Ужаса лорду Абаддону. Но Воитель Абаддон приказал Уркратосу лично проследить за сохранностью дара. И капитан, чтобы наилучшим образом исполнить волю Осквернителя, собрал для похода к Каэронии всех, кого смог.

— Свяжись с «Кадавром», — распорядился Уркратос. — Передай командиру Креатаку, чтобы все корабли подготовились к драке. Я предоставляю ему расправиться со всеми судами сопровождения. — Уркратос пристально осмотрел строй имперских кораблей. Они представляли собой жалкое зрелище: единственный крейсер под охраной кораблей сопровождения, еще одно судно неизвестного назначения, меньшее, чем крейсер, и горстка транспортных и явно гражданских судов. — Флагманский корабль пусть оставит мне.